Я захлебываюсь ощущением наполненности безумным и иссушающим. Я вспоминаю, как мы занимались сексом в подвале, он был таким большим, заполнял меня полностью. Каждое движение приносило огромное удовольствие. Не смотря на его размер, он входил достаточно легко, потому что я была такой мокрой прямо как сейчас.
Не успеваю вернуться из памяти, как его пальцы увиличивают скорость, я больше не могу сдерживаться и начинаю стонать. Сильнее выгибаю спину, чтобы они входили глубже. Он двигает пальцами так, словно это член. Прижимается сзади, и я понимаю, что его член гораздо больше, чем пальцы.
Он напирает сильнее, мне кажется, что джинсы сейчас порвутся, и он войдёт в мою попу. Я пытаюсь отодвинуться, но он не дает мне. Его член горячий, твердый, огромный, мне кажется он готов сделать во мне дырку, с одной стороны он насажаивает меня пальцами, а с другой - его член упирается в попу и каждый раз словно пытается стать ближе. И мне приятно.
Мое тело начинает дрожать, я больше не могу сдерживаться и громко кричу, внутри все пульсирует, а его пальцы наконец остановились. Только сейчас я заметила, насколько мокрая, все стекает по ягодицам. Спохватившись, я попыталась убрать его руку, но он не дал. Он с минуту жадно вдыхал запах моей кожи, так словно ему не хватает воздуха, а потом выдохнул, успокоился. Пальцы выскальзывают, он поправляет трусики, поглаживает меня ими.
Наверное ты очень устал, отец Никана. Интересно каким ты был раньше? Засыпай скорее. Почти уснув, он шепчет: "Мы сможем освободиться."
Правда? Мы правда сможем освободиться? И ты, ты меня, ты оставишь меня? Я снова буду одна? Я освобожусь от этой пустоты? Или ты меня оставишь одну в пустоте? Ты, как и Никан оставишь меня?
Он не приходит ко мне уже неделю, а внутри меня страх, злость, отчаяние, вина снова сменились пустотой, теперь она огромная и засасывает меня.
Пожалуйста, возвращайся скорее!
18. Старый склад
Тонкий очнулся от того, что его руки были долгое время в не удобном положении, он хотел потереть запястья, но оказалось, что они прицеплены наручниками к стене. Не понимая, где он находится, он начал оглядываться и заметил, что рядом с ним к стене прикованы - его брат и дружбан брата.
Ну хотя бы брат с ним, ведь тонкий давно понял, что его жизнь - это старший брат. Брат обязательно что-нибудь придумает. От природы тонкий был тощим и пугливым, поэтому он всегда с восхищением смотрел на брата. Отца он откровенно ненавидел, так как тот постоянно мутузил мать, которая защищала тонкого, а главное отец постоянно говорил, что Боб - бесполезный кусок мусора, и он рад, что у него есть хотя бы Грэг. Еще в детстве Боб понял, что ненавидит отца за то, что он посмел унижать его перед старшим братом. Когда повзрослев, тонкий вернулся к старшему брату, его душа ликовала, он мог наконец-то находиться рядом с ним, с героем своего детсва.
Выдохнув, тонкий потряс наручниками, попробовал подвигать ногами, но и ноги оказались прицеплены к стене наручниками. Тогда тонкий позвал брата и его друга. они не отвечали, и судя по всему находись в отключке. Тонкий начал вспоминать, пятница, его брат пришел раньше обычного в мастерскую к Бобу, в этот день он не стал снимать полицейскую форму, так как они решили "поохотиться" вечером. Больше всего удовольствие брату прниносило то, как люди умоляли его о помощи, видя полицейскую форму. А брату нравилось делать понимающий вид, обещать, что он поможет, параллельно растегивая ширинку и наблюдать, как облегчение в глазах сменялось ужасом и безысходностью.
После последнего раза, когда они отымели мальчишку брат велел затаиться, он два месяца довольствовался дешевыми шлюхами и наконец решил порезвиться.
Мужчины подъехали к клубу, где собирались заезжие пташки. Когда толстый заглушил мотор, его друг на соседнем кресле спросил:
- Грэг, ну как, оттянемся по полной?
- Непременно, тем более здесь камер нет нигде, можно расслабиться.
- А повезло нам, что девчонка взяла на себя вину.
- Эх, я думаю, как дело со всем этим уляжется, надо будет навестить ее в больничке, - крякнул толстый, поднимая один уголок губ в ухмылке.
- Брат, может быть в этот раз мы не будем заходить так далеко? - подал голос тонкий с заднего сиденья.
- Что такое? - сердито ответил толстый, - хочешь дать по тормозам?
- Будешь снова прикидываться добреньким? Я помню как твой тонкий хуй, встал на того парнишку, и как ты кончал в него, я все отлично помню, так что не строй из себя мать Терезу и закрой пасть. Вякнешь еще раз, я тебе морду начищу.