— Тоби.
Он поднял взгляд, ее глаза не отрывались от его члена, раскрасневшееся лицо было наполнено такой сильной потребностью, какой он никогда не видел.
Ну…
К черту все.
Тоби сделал выпад.
Адди не сопротивлялась.
Он развернул ее и поставил на колени на край кровати, сдернул джинсы с ее задницы, и она снова простонала, изнывая от нужды:
— Тоби.
Она опустилась на локти, сложив руки на одеяле и повернув голову, чтобы смотреть на него, ее джинсы были спущены с бедер, задница задрана вверх, предлагая свою красивую, блестящую от влаги киску.
Адди была красива. Ему никогда не доводилось видеть более красивой женщины.
Но сейчас она была сногсшибательна.
Стоя у края кровати, он разорвал упаковку, вытащил презерватив, надел его и двинулся вперед.
— Адди, детка, — прошептал он, скользя головкой по ее влажным складкам, внимательно наблюдая за ее лицом, его разум разрывался от того, как сильно он хотел проникнуть в ее киску, чтобы ее вкус остался в его горле. И в то же время ему хотелось замедлиться, чтобы они оба понимали, что находятся на одной волне.
— Пожалуйста, — прошептала она в ответ.
Ну…
К черту все.
Головка члена коснулась ее входа и скользнула внутрь.
И когда она крепко обхватила его, он увидел, как ее глаза медленно закрылись, губы приоткрылись и, скользнув щекой по одеялу, она запрокинула голову назад.
Неа.
Вот теперь это…
Это было сногсшибательно.
И ощущение ее гладких стенок, сомкнувшихся вокруг него.
Было всем.
Он опустил взгляд на ее круглую задницу, единственное, что он мог видеть, — это основание члена, остальное было внутри нее. Его яйца сжались, горло перехватило, а дыхание замерло от борьбы с необходимостью трахнуть ее жестко и грубо.
— Тоби, — прозвучало с придыханием, и он оторвал взгляд от члена в ее прекрасной, влажной киске, и посмотрел на ее лицо.
Распахнутые глаза снова излучали острую потребность.
Которую она озвучила:
— Малыш… пожалуйста.
— Не уверен, что смогу…
— Боже, Тоби, — она поднялась на руки и выгнула спину.
Иисусе.
Бл*ть.
— Пожалуйста, милый, — попросила она. — Трахни меня.
Его разум разрывался от желания сделать это нежно и приятно.
Но его бедра откликнулись на ее просьбу.
Они отстранились и врезались в нее, Адди откинула голову назад, взметнув удивительными золотистыми волосами, и простонала: «Боже, да», и его разум смирился.
Он схватил ее за бедра и взял ее, трахая Адди, Господи, да, черт возьми, трахая быстро, мощно, глубоко, пока ее киска крепко обхватывала его член, тело раскачивалось к нему, их плоть соприкасалась резкими шлепками, отдаваясь глухим эхом по комнате.
Тоби наклонился, скользнул рукой вперед по ее животу, направляясь к клитору.
— Нет, малыш, не надо. Я кончу, — выдохнула она.
— Я и хочу, чтобы ты кончила, — прорычал он, касаясь клитора средним пальцем и мгновенно обнаружив, что она не лгала.
Она приподнялась на руках, вжалась в него задницей, вновь взметнула волосами, и выкрикнула: «Тоби», после чего ее киска, как кулак, сжала его член.
Милостивый Господь.
Она была… охрененно… феноменальной.
Продолжая ласкать клитор, он начал трахать ее быстрее и сильнее.
— Да, о, боже, да, малыш, — хныкала она, врезаясь в него задницей, джинсы сковывали ее ноги, его палец крепко прижимался к клитору, и она двигалась все более дико, торопливо, отчаянно, призывая его атаковать все быстрее и жестче.
Так он и сделал.
Боже, как же чертовски прекрасно.
Она снова упала на кровать, протянув вперед обе руки, еще одно предложение: киски, задницы, волос, всего.
Всего, что являлось ею, и он не смог сдержаться.
— Бл*ть, Адди, — пророкотал он.
— Трахай меня, Тоби, продолжай трахать меня, — умоляла она, задыхаясь, врезаясь в него задницей, испытывая либо самый продолжительный оргазм в истории, либо множественные оргазмы, которые, казалось, не прекращались.
Ему было все равно.
Он хотел, чтобы она кончала…
И кончала…
И кончала.
— Бл*ть, детка, — прорычал он, неистово вонзаясь в нее, когда то самое ощущение собиралось в яйцах, отдаваясь в члене, — огромное, грандиозное, такое ошеломляющее, что если бы он трахал не Адди, оно могло бы его напугать.
— Да, — прошептала она, взметнув волосами и взглянув на него через плечо. — Да, Тоби.
Он поймал взгляд ее прекрасных голубых глаз, увидел в них обжигающий голод и открытую любовь к его члену.