В декабре Холли начала подмечать, как разительно изменился муж: Поскольку у него выдалась свободная неделя между Рождеством и Новым годом, она предложила поехать в Мемфис и навестить родственников. Последовал ледяной отказ. Тогда Холли посоветовала ему вызвать в Калифорнию Тома с Рут и Билли.
— Черт возьми, милочка, — нетерпеливо отмахнулся Кейси. — В кои-то веки мне дали немного отдохнуть, а ты желаешь, чтобы я развлекал милых родственников?
Вскочив из-за стола, он принялся возбужденно мерить шагами кухню.
— Прости, дорогой. Я только… подумала, что будет неплохо собраться всем вместе. Ты, наверное, прав. — Холли робко коснулась его руки, надеясь избежать нового скандала. — Можно прекрасно провести время вдвоем. Придумаем что-нибудь.
Она обняла мужа, и тому пришлось остановиться.
— Совсем, как в прежние времена… валяться по утрам в постели… — игриво продолжала Холли, вынуждая себя притворяться, отчаянно пытаясь возродить прежнюю близость.
Последнее время Кейси постоянно был на взводе. Литературный агент требовал немедленно начинать новую книгу. И хотя кое-какие идеи у него уже появились, на бумаге все выглядело беспомощным и жалким. Правда, Кейси упорно внушал себе, что периоды творческого спада бывают у каждого писателя, но втайне все больше опасался, что больше никогда не сумеет повторить успех первой книги. Не создаст ничего, даже отдаленно похожего на «Путь к страху».
А сейчас еще эта кукла пристает к нему с нежностями… Противно до тошноты. Скорее бы увидеться с Джезмин. Последнее время он пребывал в постоянном страхе, что не застанет ее, когда понадобится в очередной раз подзарядиться. Ведь несмотря на уверения Джезмин, что все это просто заскок и он вполне способен обходиться без стимуляторов, зависимость от наркотиков была вполне реальной. Физической. Без кокаина он становился вялым и сонным, но стоило принять пару таблеток или как следует нюхнуть, чувствовал, что готов горы свернуть.
Ужасно даже вообразить, что с ним будет, если Джезмин перекроет кислород, откажется давать наркотики. А от нее всего можно ожидать. Между тем найти другого поставщика, мягко говоря, непросто. Казалось, Джезмин делает все, чтобы вожделенное забвение исходило исключительно из ее рук.
Вначале Кейси самонадеянно считал, что, проводя с ней время, определенным образом платит за власть и положение, которое Джезмин способна обеспечить ему, но вскоре понял, что это не совсем так. Кейси пристрастился к любовнице не меньше, чем к мелкому белому порошку, который моментально переключает организм на легкую, искрящуюся тональность.
Поняв, наконец, к чему клонит Холли, он пренебрежительно осклабился.
— Да я загнусь от тоски! Ничего умнее придумать не могла? — безжалостно бросил Кейси и, разняв ее руки, слегка оттолкнул жену. Зеленые глаза, от одного взгляда которых у Холли когда-то сладко сжималось сердце, сейчас напоминали бездонный, адский омут. Брезгливо скривив губы, он повернулся и вышел.
Все эти месяцы Холли старалась винить в их взаимном охлаждении непосильную работу Кейси и свои университетские занятия. Но теперь, стоя посреди кухни и бессознательно прижимая руку к ноющему сердцу, она поняла, что не стоит себя обманывать. Кейси спит с Джезмин Тернер. И Холли давно знает об этом, просто не хотела признаться самой себе. Слишком горька эта правда.
Она устало опустилась на стул, не представляя, что делать дальше, как избавиться от этой невыносимой, душераздирающей боли.
Весь следующий месяц Холли разрывалась между почти маниакальным желанием сбежать домой, к Билли, за утешением и мыслью все-таки попробовать переждать, пока муж; не опомнится. Она все еще надеялась на то, что рождественские каникулы дадут ей время и возможность уладить отношения с Кейси. Слишком много пережито вместе, чтобы так легко отказаться друг от друга и все перечеркнуть. Что, если… если они сумеют спасти свой брак и начать новую жизнь? Она просто обязана попытаться.
Но по горькой иронии судьбы рождественская неделя, которую она так ждала, обернулась сущим кошмаром.