— А ее допрашивали по делу Тернер?
— Разумеется. Рамирес с ней поговорил. Миссис Прескотт заявила, что весь вечер провела дома. Но подтвердить ее алиби некому, — пояснил Сэм.
— Что-нибудь еще?
— Вроде нет. Но Рамирес считает, что миссис Прескотт чего-то недоговаривает.
— И на чем основаны его подозрения? — оживился Грант.
— У каждой ищейки свой нюх, старина. На месте преступления мы нашли множество отпечатков. Некоторые принадлежат Прескотту и Хардистеру.
— Но какая-то связь между убийством Тернер и женой Прескотта все же есть?
— Ничего особенного. Листок бумаги с номером телефона миссис Прескотт, который мы нашли в кармане Джезмин Тернер, — отрапортовал Сэм.
«Кто, как не брошенная жена, может иметь вполне резонный мотив для убийства соперницы?» — подумал Грант и, вспомнив о бесчисленных неувязках в этом странном деле, предложил установить наблюдение за Холли Прескотт.
— По крайней мере, на несколько дней. Я хочу знать, где и с кем она проводит время. И если хоть что-то покажется подозрительным, пусть немедленно известят меня. Кстати, она знала, что муж ей изменяет?
— По-видимому, да. Иначе не ушла бы от Прескотта, — предположил Сэм.
Задав еще пару вопросов, Грант повесил трубку, немного сбитый с толку неожиданным появлением жены Прескотта. Каким боком она вписывается в картину преступления?
Поразмыслив немного, он извлек из дипломата фото Джезмин Тернер, снятое незадолго до смерти. Красивая блондинка… Вот только глаза выдают расчетливую, хищную натуру. А вдруг жена Прескотта решила, что муженек слишком зарвался и пора положить этому конец? Не исключено, что именно у вдовушки сейчас находится главная улика против Мэтьюза.
— Каким образом миссис Прескотт удалось избежать скандальной известности после всего, что произошло? — допытывался Грант на следующий день. Он приехал в полицейское управление, чтобы досконально выяснить детали расследования.
Сэм устало отмахнулся:
— Репортеры просто с ума посходили, узнав о разрыве Джезмин Тернер с мужем, особенно когда тот бесцеремонно вышиб ее из дома, а уж после убийства такое поднялось! Так что гибель любовника уже никого особенно не заинтересовала. Подумаешь, какой-то писателишка! Таких в Голливуде тринадцать на дюжину!
Грант скептически поднял брови.
— Не скажи, малыш. Разве не находишь странным, что миссис Тернер и ее любовник погибли почти одновременно? Весьма примечательно. Жаль, что никто за это не зацепился.
Сэм оперся подбородком о сжатые кулаки и пристально вгляделся в глаза друга.
— Парень, чего ты добиваешься и почему так заинтересован во всем этом?
— Давай-ка выползем на воздух, — не отвечая, предложил Грант и поднялся. — Прогуляемся немного.
Сэм понимающе кивнул, и, когда друзья оказались на улице, Грант, зная, что теперь их не подслушают, начал играть в открытую:
— Настоящее имя жены Тернера — Дженис Портер. Она была подружкой сенатора Хью Роулинза. Когда этого политикана грохнули, ей предстояло выступить свидетельницей обвинения против Эдвина Мэтьюза. Красотка утверждала, что владеет записью разговора, уличавшего Мэтьюза как организатора преступления. Но Портер неожиданно исчезла, и мальчики из Федерального бюро остались с носом. Теперь они напали на след.
— Но при чем тут ты? — допытывался Сэм. — Правда, тебе было поручено заниматься этим делом еще до того, как Либби…
Он осекся. Впервые за пять лет это имя сорвалось с его губ, и сейчас Сэм проклинал себя. К чему Гранту лишние переживания?
Похлопывая по карманам в поисках сигарет, Кайлер не сразу вспомнил, что вроде бы окончательно бросил курить.
— Посыпались угрозы, сначала в мой адрес, потом пообещали расправиться с Либби. Но я ничего не желал слушать. И остановиться не мог. Представляешь, еще совсем немного, и я упрятал бы Мэтьюза в тюрьму. На меня словно нашло что-то. Тогда я был как одержимый, хотя следовало бы сразу понять, что человек, подобный Мэтьюзу, пойдет на все. Так и вышло. Либби стояла на углу улицы, в двух кварталах от дома, когда на нее налетела машина.