Салли взяла свой плащ. Хирург, лыбясь, отвесил ей издевательский поклон.
— Сукин сын. — прошипела ему Салли.
Старбак прихватил шинель и поспешил за девушкой на веранду.
— У меня просто нет слов! — выпалила миссис Гордон враждебно, едва Салли и Натаниэль оказались под дощатым навесом.
— О чём хотели побеседовать? — с вызовом осведомилась Салли.
— От вас, мистер Старбак, я такого не ожидала. — демонстративно игнорируя Салли, обрушилась на капитана миссис Гордон, — Вы, человек из хорошей семьи, посмели явиться в мой дом с этой… этой… особой!
— «Этой» — это какой? — не молчала Салли.
Преподобный Джон Гордон вышел на веранду и, следуя нетерпеливому жесту супруги, плотно притворил дверь, пропустив, правда, Джулию с Адамом.
— Зайди внутрь, Джулия. — приказала миссис Гордон.
— Пусть остаётся! — потребовала Салли, — Так какой же «этой»?
— Джулия! — прикрикнула на дочь миссис Гордон.
— Матушка, объясни нам, пожалуйста, что происходит? — обратился к жене преподобный.
— Доктор Петеркин, — негодующе поведала миссис Гордон, — открыл мне глаза на эту… эту…
Она запнулась, подбирая слово, которым могла бы охарактеризовать Салли при дочери, — Джулия! Внутрь, живо!
— Дорогуша? — произнёс преподобный, — Эту кого?
— Магдалину! — выплюнула имя библейской блудницы, как пулю, миссис Гордон.
— Шлюху, то есть, преподобный. — перевела Салли.
— И ты привёл её в мой дом! — выкрикнула миссис Гордон в лицо Старбаку.
— Миссис Гордон… — начал Натаниэль, но пожилая дама заткнула ему рот гневным монологом, в котором порадовалась тому, что преподобный Элиаль не ведает, насколько глубоко вовлечён в порок его сын и насколько отпал он от Господа.
— Падшая женщина! — воскликнула миссис Гордон, — Ты привёл в мой дом падшую женщину!
— Наш Спаситель привечал грешников. — осторожно напомнил преподобный.
— Но он не угощал их чаем! — взвизгнула миссис Гордон и обратила испепеляющий взор на Адама, — А вы, мистер Фальконер! Я потрясена! С кем вы водите дружбу, мистер Фальконер?! У меня нет слов, так я потрясена!
Адам очумело воззрился на Старбака:
— Что, правда?
— Салли — мой друг. — с нажимом произнёс Натаниэль, — Добрый друг, и дружбой с ней я горжусь.
— Труслоу! Салли Труслоу! — выдохнул Адам с неуместным в данной ситуации облегчением, разрешив для себя, наконец, мучившую его несколько дней загадку.
— Значит, вы знаете эту женщину? — яростно осведомилась миссис Гордон.
— Не знает. — устало помотала головой Салли.
— Я начинаю сомневаться в том, что вы, мистер Фальконер, подходящая пара для моей дочери. — давила на Адама миссис Гордон, — Волею Божией этой ночью тайное становится явным. Может, нам суждено именно сегодня выяснить вашу истинную натуру?
— Я же сказала, что он меня не знает! — повысила голос Салли.
— Так вы её знаете, юноша? — уточнил преподобный.
Адам пожал плечами:
— Её отец некоторое время был одним из арендаторов нашей земли. Давным-давно. Вот и всё знакомство.
— Но вы знаете мистера Старбака, не так ли? — не унималась миссис Гордон, — И вас не тревожило то, в каких кругах он заводит себе новых друзей!
Адам покосился на друга:
— Уверен, что Нат понятия не имел о роде занятий мисс Труслоу.
— Нет, имел. — сказал Старбак, опустив ладонь на плечо Салли, — Но, как я уже говорил, она — мой друг.
— И вы попустительствуете подобной «дружбе», да, мистер Фальконер? «Дружбе» с блудницей?
— Нет, — пробормотал Адам, — Я… нет, не попустительствую…
— Ты совсем, как твой отец, — презрительно бросила Салли, — Труха от корки до сердцевины. Без денег были бы вы, Фальконеры, хуже псов.
Она рывком высвободила плечо из-под руки Натаниэля и пошла в дождь.
Старбак дёрнулся за ней, но запнулся, невольно повиновавшись окрику миссис Гордон:
— Стойте, мистер Старбак! Учтите, вы сейчас выбираете между Господом и сатаной!
— Да, Нат! — поддержал будущую тёщу Адам, — Пусть себе идёт, оставь её!
— Почему? Потому что она — шлюха? — Натаниэля душила дикая ненависть к этим напыщенным ханжам, — Она — мой друг, Адам, а друзей бросать негоже. Будьте вы все прокляты.
Он побежал за Салли, догнал её у крайнего барака, где грязный склон парка Чимборазо уходил вниз, к любимой дуэльной площадке горожан у ручья Блади-Ран.
— Прости. — сказал Старбак Салли, беря её за руку.