— Не знаю…
— Что от меня требуется?
— Кран не использовался уже несколько десятков лет, каркас изношен. Он развалится самостоятельно и утянет ее на дно…
Обветшалые стрелы, свисающие такелажные цепи и изогнутые шланги гидравлики сплетались в подобие кровеносной системы механического исполина. Лада цеплялась за поручни трапа, ведущего вверх по стволу подъемного крана. Ее пальцы скользили по металлу, ноги искали опору на решетчатых ступенях, проржавевших до основания. С набором высоты конструкцию раскачивало все сильнее, внизу простиралась паутина конвейерных линий и грузовых площадок, уходящих в темноту.
— Она разобьется…
В командном центре повисла пауза. Затаив дыхание, модераторы наблюдали за восхождением.
— Это может попасть в эфир передачи?
— В технической зоне никогда не было камер, а дроны не явятся сюда раньше запланированного времени. Игра идет своим чередом: на втором этапе за жизнь борются девять игроков. Все по уставу.
— Я не верю, что она жива… Это невозможно… Какие теперь наши действия?
Номер «II» настойчиво взбиралась вверх по строительному крану, горделиво и отчаянно возвышавшемуся над прогнившим многоярусным полем. Его основание, закрепленное массивными анкерами, было встроено в корпус ангара при помощи балочной конструкции, выполняющей роль опоры. Сваи врезались в бетонную стену, отчего под краном, как и под всеми платформами ангара, зияла пропасть. Каркас подъемника покосился, словно покалеченный великан. Из последних сил он цеплялся за выступы, в тщетной попытке не потерять равновесие. Конструкция выглядела ничем иным, как шаткой декорацией, которая вот-вот обрушится под тяжестью собственного веса.
— Какие кнопки у нас есть сейчас в доступе?
— Пока никаких. Придется ждать, пока она заберется в кабину. На той высоте мы могли бы использовать один из разводных мостов.
— Мост завалит конструкцию прежде, чем она увидит нас!
***
Лада двигалась вверх против воли сооружения, которое угрожало разрушиться в любую секунду. Каждая ступень приветствовала жалобным металлическим хрустом.
Пальцы, воспаленные до багровой красноты, цеплялись за холодные перекладины, покрытые ржавой коркой и чем-то, что по логике вещей должно было быть маслом, но напоминало скорее загустевшую кровь. Одно неверное движение, и Лада устремится прямиком в пасть ангара, где тьма поджидает с ненасытным терпением. Сплав имел зубчатые края, и каждый раз, когда ладонь соскальзывала, на коже появлялись новые порезы. Боль, однако, перестала быть для Лады препятствием — она стала частью ее естества.
На середине подъема конструкция содрогнулась, словно пыталась сбросить со спины незваную всадницу. Где-то внизу с протяжным скрежетом оторвалась одна из балок, вибрация прокатилась по всей махине. Лада почувствовала, как сталь под ее пальцами дрогнула, но лишь сильнее вцепилась в остов крана, чтобы не потерять равновесие.
На следующем пролете внезапно подломилась перекладина. С оглушительным скрежетом фрагмент устремился вниз и опора исчезла под ступнями. Сердце Лады пропустило удар, а все ее тело повисло на напряженных руках, из последних сил цепляющихся за штангу.
Ноги лихорадочно искали опору, пока наконец не нащупали уцелевший участок лестницы. Лада сделала глубокий вдох, стараясь взять себя в руки, но это уже не помогало, пульсация сердца отдавалась в висках. Пот стекал по лицу, смешиваясь с грязью, а внутренний голос снова и снова напоминал, что внизу простирается бескрайняя тьма, готовая поглотить ее целиком. Сжав челюсти, Лада вынудила себя подтянуться и продолжить движение. Каждый новый шаг давался с трудом. Лада находилась на пределе своих возможностей.
Звуки рассыпáвшегося на части подъемника: треск металла, резкие скрипы, гулкие удары — наполнили пространство потусторонним эхом. Лада чувствовала, как каждый шаг приближает ее к точке невозврата. Там, наверху, ее ждала встреча с главным боссом и финал собственной игры. Металлический гигант неизбежно утащит ее в бездну, но Лада обещала себе, что проследит, чтобы «властелин» утратил контроль.
«Устранить его хотя бы на время, пока девочки не доберутся в укрытие. Там у них появится шанс».