Я просунул руки в отверстия.
- Держитесь. И лучше если молча...
Шаг... Другой... Десятый.... Мне показалось или действительно все вздохнули с облегчением? Я шевельнул пальцами, добавляя ходу.
Приноравливаясь, я осторожно передвигал ноги. Не знаю, как это смотрелось со стороны, но я бы себя точно не похвалил бы. Местное ГАИ если оно тут существовало, наверняка обратило бы на меня внимание, посчитав нетрезвым водителем, и предложило бы подуть в трубочку. Это, кстати, возможно оказался бы не самый худший вариант. Только вместо ГАИ на меня обратило внимание нечто иное. Пока я ковылял, примериваясь к управлению, кто-то примеривался ко мне. Я это понял не сразу, а только тогда, когда откуда-то сверху голос прокаркал что-то непонятное, но явно озабоченное. Что и как ответить? Языка, не смотря на умение управлять, я не знал - такой мелочью Ринхас не озаботился.
Я замер, не зная, что делать, и тут машина сама собой отпрыгнула в сторону...
Глава 31
Похоже, что она оценила мое неучастие во всем этом как слабость и приняла управление на себя. Чтоб не терять уважение в глазах товарищей, руки из пульта я не вынул. Мало ли что еще захочет сделать тутошний управленец? Может быть, он в плен нас хочет сдать? Выяснять это времени не нашлось.
Моя многоножка оказалась хорошим бегуном.
Сказать, что все это походило на бег с препятствиями - ничего не сказать. Вероятно, в машине существовала какая-то система безопасности, которая включилась, когда я показал себя не с лучшей стороны, как водитель. Все же одно дело досконально знать теорию, а я её знал всю: от устройства машины до приемов управления, и совсем другое - реальные навыки управления. Их-то мне как раз не хватало... Внутренний центр управления почувствовал это и, не принимая робкие попытки поруководить за оригинальную шаолиньскую школу движения, начал корректировать мои потуги. И спасибо ему за это!
Ибо вокруг твориться черти что.
Столб земли вздымается впереди, мы притормаживаем, бросаемся в сторону. Эти мозги знают чего тут можно бояться, но там где мы встали, земля тоже вздыбливается вверх. Внутри все сжимается от ужаса ... Многоног съеживается, но как- то боком проскальзывает между двумя очередными фонтанами земли. Прыжок, еще прыжок. Тут он больше походит на балерину... Но все напрасно - через несколько секунд мы съезжаем- таки в огромную воронку.
Ему плохо, но и нам не лучше. Мне проще - я держусь за пульт, а мои пассажиры лежат друг на друге, стонут пополам с руганью. Я ору на них, но уже мгновение спустя мой крик становится криком ужаса: прямо из склона воронки высовывается такая же штуковина, которая помогла мне избавиться от нападавших многоногов - "угольный комбайн".
Одним неимоверным прыжком многоног выпрыгивает из воронки, опережая огненные хлысты, выпущенные "комбайном" и припускает вперед по полю.
Вперед, вперед! Подальше от всей этой дряни.... Позади орали товарищи, впереди земля наклонялась, грозя опрокинуться. Рядом несколько раз сверкнуло, пол под ногами дрогнул.
"Чем-то серьезным лупанули, - подумал я, - не дай Бог по нам..."
Звук прилетел такой, что остальное можно просто додумать, и мысли эти окажутся чем- то не особо приятным. На всякий случай я свернул с прямого пути. Если кто-то сдуру влупил по нам с правильным упреждением, то совершенно это не лишнее. К сожалению, я угадал. Похоже, что в этих местах люди, или кто тут у них, соскучились по подвижным мишеням.
Несколько... Даже не знаю чего... Наверное снарядов, если они упали сверху... На моих глазах заостренные цилиндры врезались в землю метрах в пятидесяти от нас, но не взорвались. Я уж хотел проорать нечто обидное вроде "Стрелять научись, деревня!", но вовремя удержался. Упавшие снаряды раскололись. Из них, словно птенцы из яичек вылупились... Конечно, не птенцы это были. Никак они на птенцов не походили. Сперва я почему- то подумал, что они похожи на наши земные складные перочинные ножики. Швейцарские, многолезвийные, под гладкой оболочкой которых хранятся лезвия, пилочки, щипчики и шильца. В первый момент небесные гости также были округло- гладкие, но уже через несколько секунд началось преображение... Они начали раскладываться, доставать из себя начинку: свои лезвия и пилочки... Три секунды и перед нами появилось нечто, походящие на худых собак, а точнее на стальных зверей: хищных, быстрых, гибких, сверкающих желто- зелеными глазами индикаторов на блестящем металле.