Вдруг подала голос молчавшая до того Катя:
– А может быть, Степан прав и нам будет лучше не знать, что этот парень, Роман, говорил другим? Мы просто пойдём и сами его допросим.
Дима бросил на неё уничтожающий взгляд.
– А вопрос даже не в этом, – отрезал Паша. – Проблема в том, что Степан Леонтьевич нам не доверяет. И как после этого мы можем доверять ему? Где ещё он нас обманет или скажет не всё?
– Паша прав, – тут же отозвался Дима и недобро сверкнул на адвоката фиолетовыми глазами. – Тем более что нам не помешает информация о нём самом. Какой магией вы обладаете, Степан?
На бесстрастном лице адвоката появилась презрительная усмешка.
– Какое отношение это может иметь к делу? К вам в друзья я не набиваюсь, я лишь прошу вас выполнить свою работу. За которую, к слову, правительство города вам заплатит. И знаете… – Он обвёл рукой кабинет. – Иллюзия неплохая, но слишком очевидная.
Иллюзия? О чём он говорит?
Дима вдруг покраснел, но проигнорировал последние слова.
– Если вы хотите, чтобы мы делали работу, то нам нужны все данные. Иначе мы отказываемся от дела.
Степан молча смотрел на него несколько секунд, а затем встал и жестом опытного эксгибициониста распахнул плащ. Он вытащил из широкого внутреннего кармана две папки. Бросив их на стол, он сказал:
– Прошу. И я по-прежнему ожидаю, что вы будете держать меня в курсе расследования.
Он взял свою шляпу, но прежде, чем смог эффектно удалиться, Паша громко попросил:
– Устройте нам встречу с Романом как можно скорее. И предупредите, что мы придём с провидицей.
Адвокат кивнул и покинул кабинет.
Мы все посмотрели друг на друга.
– И что это значит? – спросила я первой.
– Это значит, что Степан Леонтьевич – очень подозрительный тип, – отозвался Паша, пододвинув папки к себе. – Я думаю, нам стоит разузнать о нём побольше. Ты поняла, какая у него магия, Полина?
Я покачала головой.
– Нет. Но он силён, очень силён. Не ниже третьего уровня, скорее, второй.
– То есть идеально подходит под убийцу Алисы? – протянул Дима. – Ты на это намекаешь?
– Я ни на что не намекаю. Я, как всегда, подозреваю всех, – ответил Паша, пролистывая документы. – К тому же он имеет доступ ко всем подробностям дела Романа.
– А давайте я поресёчу? Соберу про него инфу? – предложила вдруг Катя, не скрывая энтузиазма в глазах. – Тем более, что я могу поискать его данные не только в соцсетях, но и на закрытых страницах.
– Да, отличная идея! – бросил Паша, даже не глядя на неё. Его палец уже скользил по какой-то строчке в отчёте. Костя вспрыгнул ему на колени и тоже уставился в документ.
А вот Дима, наоборот, взглянул на Катю очень внимательно.
– Откуда столько рвения, Катюша?
– Сам ты Катюша! – ощетинилась она. Катя терпеть не могла уменьшительно-ласкательные имена. Такое она могла бы простить только Косте, но он знал о её причуде и деликатно их не использовал. – По моргам я с вами шататься не стану, бумажки читать скучно, а тут я реально могу помочь. Ты имеешь что-то против?
– Нет, конечно, – буркнул Дима. – Давайте-ка за работу!
– Опять за работу! – взвыла я. – Дай хоть кофе себе налью, тиран ты эдакий!
– Ну вот, даже потиранить не дают! Топай за своим кофе!
Паша остался изучать документы с таким видом, точно в жизни не было ничего важнее.
– Тебе взять? – спросила я его.
– Угу, – отозвался он, но сомневаюсь, что слышал мои слова.
Зато Катя поднялась и гордо прошествовала к выходу.
– И мне возьмите, – бросил Дима, видно было, что его расстроили препирательства с Катей.
Я пожала плечами, и мы пошли за кофе женской компанией.
Расположение кофемашины нам указала Наринэ. Пока мы с Катей наполняли кружки, на нас лился из окна солнечный свет. Погода сегодня была прекрасная!
– Офигеть, какой этот Степан, конечно… – вдруг выдала Катя с горящими глазами. – Такой импозантный, ухоженный, взрослый. Отпад!
Я чуть не выронила кружку.
– В смысле? Мы тут все взрослые!
– Нет, ты не понимаешь! В нём чувствуется сила, какая-то загадочная притягательность, – мечтательно протянула она. – Он похож на Хью Джекмана и Карлайла Каллена одновременно!
Я невольно подумала, что и сама в восемнадцать-двадцать лет могла так воспринять Степана. Он действительно немного смахивал на вампиров, как их изображают в кино: показной лоск, чуть старомодный костюм, загадочность и уверенность в себе. Но в свои двадцать восемь я видела в его образе позёрство и излишнюю самоуверенность. Однако объяснять это Кате толку не было.
– Тогда ты разузнай сперва, женат ли он. Всё-таки парень не молод.