— Тиммейт. Сбрось мне точку встречи. И приготовь список: что у него за охрана, какие стволы, есть ли броня.
— Уже. Охранники двое. Один за рулём, второй — на переднем пассажирском. Оба в гражданском, но под куртками — лёгкие бронежилеты. Стволы — короткие «хеклеры», MP5K. Калибр 9 мм. У самого Лазарева оружия нет, если не считать его язык. И, кстати, мост, где вы встретитесь, — там нет камер.
Трасса D915 побежала быстрее, деревья справа и слева слились в сплошную стену. Но что мне этот мост? Стрелять на ходу? По ходу выруливания? У них как минимум будет преимущество в огневой мощи и прицельной стрельбе. А вдруг стёкла бронированные? Значит, надо использовать АК — ему всё равно, хоть рельсами их обвари, «Пежо».
И я свернул на просёлочную, остановил машину правее на попутной обочине и, выйдя, вытащил броню, накинул её на себя и надел балаклаву словно подшлемник, не опуская маску на лицо.
Итак, у меня было два «калаша»: Zastava M70 и АКМ / «Тип‑56». Оба не русские, оба копии, но другое будет против бронеплёнки — что слону дробина. И я решал, с какого оружия начать. Взяв китайский «Тип-56» и завидев быстро идущий «Пежо», опустил маску на лицо, доставая «Тип-56» и кладя его на крышу каршеринговой тачки.
— Ну, сука, муж торговки бритыми варениками, пришёл!
Целик сошёлся с мушкой, и я зажал спуск, целясь в водителя авто, в душе надеясь, что он не свернёт на меня в момент гибели на такой скорости. И первая очередь ушла в цель, и машина вильнула влево, и я скорректировал АК и нажал ещё раз. На этот раз куда-то в сторону второго секьюрити, и «Пежо» вылетел с трассы, снося знак перекрёстка, и я выстрелил ещё раз, на этот раз уже в заднее лобовое. Он рухнул в поле со скрежетом всех его частей.
И, забросив в съёмную тачку китайскую реплику, я взял Zastava M70 (по сути сербский «калаш») и уже с ним побежал к месту крушения. Мимо меня проехало авто, другое, третье, а я бежал, зная, что всё это вскоре будут знать копы. И вот я уже сбегал в поле, где парил пробитым радиатором чёрный «Пежо». А в машине была куча-мола, секьюрити сидели окровавленные и бледные, а в десяти шагах от капота что-то шевелилось.
С переломанными ногами, с переломанными руками, окровавленный, он пытался прийти в себя и что-то хрипел. Жаль, нет времени с ним поболтать. И я приставил ствол к окровавленному месиву, чем-то близко напоминающему голову, и зажал спуск.
Гроза ютуба вздрогнул, обильно делясь своей кровью с землёй той страны, которую он выбрал убежищем.
И я уже хотел бежать назад, как вспышка света вернула меня на тот перекрёсток, откуда я видел, как приближается «Пежо». Меня убило? Чем? Почему я снова стою в ожидании этого мудилы? Решая, какой «калаш» взять — китайскую или сербскую копию? Охрана может быть… Да вроде мёртвые были. В следующий раз надо лучше контролировать! — укорил я себя.
Надевая маску и выбирая сербский «калаш». И снова я выстрелил по цели, но в этот раз его машину начало вращать по мокрой дороге, и я выстрелил ещё раз уже в борт и даже побежал за ними, меняя оружие. Те три машины, что были в прошлый раз, завидя издалека в вечерней дымке вращение фар, начали оттормаживаться, и я слышал, как заскрипели их тормоза. В этот раз они не мешали мне, но и «Пежо» стоял на трассе, и вот из него выскочил один из парней в костюме и тут же получил очередь от меня, и на всякий случай я дал ещё одну очередь по салону, прошивая тонированное стекло. А обходя «Пежо», я потратил еще две пули на одного безопасника и на второго, который умер за рулём.
И вдруг Лазарев выскочил из машины и ринулся бежать в поле в противоположную сторону от меня. Но я, сделав пару шагов, нацелился ему в спину, выкрикнув: — Я твой большой фанат!
И зажал спуск.
И только я опустил АК, как вспышка света снова вернула меня на пункт боевого питания моих затянувшихся стрельб.
— А-а, сука!!! — вскричал я, надевая балаклаву, беря сербский «калаш» и целясь в фары, что спешили ко мне в вечернем сумраке.
— Ты чего орёшь? — спросил меня Тиммейт.
И я снова выстрелил. В этот раз тачку снова вынесло на противоположную обочину, и, наткнувшись на столб, её развернуло и подбросило, крутанув в воздухе, и ударило мордой о землю этого поля. Я спешил навстречу уроду и, найдя «Пежо» перевёрнутым, разрядил АК в телохранителей, обходя машину по сухой траве и вязкой земле под ней. Целясь в Лазарева, а он как раз выползал из «Пежо», когда я наводился на него, готовясь завершить мою миссию.
— Тиммейт, свяжи меня с Енотом, — попросил я.
— Сделано, — произнёс Тиммейт, и эти гудки были самыми долгими гудками в моей жизни.
— Слушаю, Медоед? — взял трубку Енот.