Голос падишаха, бархатный и глубокий, убаюкивал и завораживал, а пальцы, до этого едва касавшиеся щеки, переместились к губам.
– Я хочу вновь испить их сладость, – прошептал Селим, придвигаясь ближе и замирая в паре сантиментов от моих губ.
Сердце забилось быстрее, и приятные мурашки сменились трепетом предвкушения. Почему он остановился?
Подалась вперёд, преодолевая разделявшие нас сантиметры, и прильнула в неуверенном, будто первом, поцелуе. Селим нежно провёл языком по моим губам, пробуждая дремавшее во мне желание. Нестерпимо захотелось прижаться ближе, позволить этим сильным рукам снять с меня расшитый халат, коснуться кожи и раздуть это маленькое, неуверенное пламя в настоящий пожар.
Глава 4
Будто угадывая моё желание, Селим, не прерывая поцелуй, потянул за завязки халата и блаженно выдохнул, когда холодная шёлковая ткань скользнула вниз, задевая горошинки моих сосков.
Его пальцы нежно коснулись моей шеи, медленно проделали путь до ключиц и, будто играя, начали обводить ореолы, не касаясь вершинок. По телу пробежала томительная дрожь. Мне хотелось его прикосновений. Я желала их, как жаждущий путник желает глоток воды. Эта мука была невыносима.
– М-м, – сорвалось с губ, и Селим, отзываясь, припал к моей груди губами.
Я выгнулась навстречу, открываясь и забывая о сомнениях.
Он скользнул рукой вниз, раздвигая мои бёдра и прижимаясь твёрдым пахом к средоточию удовольствия. Ответом ему стал мой приглушённый стон. Впервые меня так распаляло ощущение мужского желания. Он хотел меня.
– Ангел мой, – шептал он, то прижимая меня крепче и вдавливая в кровать, то слегка отстраняясь, чтобы вновь прижаться и запустить волну удовольствия.
Мои бёдра сами двигались ему навстречу. Хотелось стащить с него брюки, позволить ему больше, но я не решалась. Боялась разрушить эту магию.
Его дыхание стало рваным, а движения частыми. То целуя шею, то прикусывая её, он выбивал из меня стон за стоном. Голова наполнилась приятным маревом, а пальцы отчаянно цеплялись за простыни.
Несколько финальных рывков, мой несдержанный крик, и мир рассыпался на сотни блестящих осколков.
Селим опустился рядом со мной на кровать и приобнял. Я прижалась к его груди, желая продлить этот миг единения.
– Ты наполнила мой дворец жизнью, а меня – счастьем, – прошептал он. – Твои губы, – легонько коснулся их, – слаще мёда. Эта пахлава горька, – взял с подноса кусочек, – попробуй.
Я приоткрыла рот, принимая сладкое угощение. Медовый вкус растёкся по языку.
– Сладкая, – сказала я.
– Нет, мой ангел, – ответил он. – Ты в сто раз слаще.
Я задремала в его руках, а когда проснулась утром, его уже не было рядом. Мне не верилось, что произошедшее между нами случилось на самом деле. Может, об этом всепоглощающем чувстве и говорила Жанка?
Мне вспомнилась её глупая цитата про прилипающие трусы, и я не сдержала смеха. Интересно, прилипли бы они у меня вчера ночью? Думаю, такое требует проверки опытным путём.
Мои мысли сами собой свернули в приятное русло, но от мечтательной фантазии меня отвлёк стук в дверь.
– Кто там?
В комнату заглянула пожилая наставница, которая вчера назвала меня неблагодарной.
– Его величество падишах ждёт внизу, – сказала она, глядя на меня пренебрежительно. – Сегодня он желает позавтракать с наложницами.
Что он меня всё-таки ждёт, это, конечно, хорошо. Плохо только, что зашла речь о наложницах. И о чём я только вчера думала? Поддалась ему и теперь буду смотреть, как он улыбается другим.
Но мне не хотелось верить, что вчера он соврал. Этого просто не могло быть.
Служанка помогла мне одеться, наспех убрала волосы в причёску, и я почти бегом спустилась к фонтану, где на коврах, окружённый красивыми девушками восседал падишах.
Глава 5
– Ангел мой, – он поднялся мне навстречу, и окружавшие его стайкой птиц наложницы посмотрели на меня недобро. – Присаживайся рядом с Зайнаб, – он указал на сохранённое для меня место по его правую руку. Чуть дальше сидела темноволосая девушка с пышными формами и огромным количеством золота на руках и шее. Даже серьги в её ушах были громадными. Именно она вчера посоветовала мне не привыкать к вниманию падишаха.