— Ну, как ты тут без меня? Скучала? — радостно спросил Володя и поцеловал жену в щеку.
Кажется, он ничего не заметил и не заподозрил. Варвара — она вообще всегда очень странная…
— Меня развлекал дядя Витя, — отозвалась Варя.
Володя засмеялся:
— Понятно! И конечно, пока я бродил по горам, в саду санатория побывали целых три внеплановые экскурсии с Марса и две запланированные с Луны. А потом пришло загадочное послание с Венеры. И дядя Витя его сейчас расшифровывает в поте лица. Я угадал?
— Почти, — пробормотала Варя.
— А почему ты такая скучная? Не заболела? — встревожился Володя, приглядевшись, наконец, к молодой жене.
— Видишь ли… — неуверенно начала Варя. Ей еще никогда в жизни не приходилось обманывать мужа. Но они не так давно поженились. Так что у нее все впереди. И надо же когда-нибудь начинать… — Я хотела попросить тебя об одном одолжении… Мне очень здесь нравится… Уезжай в понедельник один! А я приеду через три недели. Или чуть раньше. Как достану билет. Только вот как у нас с деньгами…
— Ерунда! — бодро отозвался Володя. — Я пошлю отцу телеграмму, и он переведет сотню телеграфом. Я рад, что тебе здесь нравится. И ты, в общем, права. Твоим легким полезно подышать этим воздухом подольше. Тетя Женя вполне одобрит. А дядя Витя за тобой тут без меня присмотрит!
И Володя заразительно засмеялся.
Варя подавила тяжелый вздох. Да, конечно, дядя Витя за ней присмотрит, а тетя Женя все одобрит… Но уехать сейчас у Вари нет сил. Она уедет отсюда вместе с Алексом. Варя — в Москву, он — неизвестно куда…
Однако выяснилось, что Алекс тоже едет в Москву. И возьмет им билеты на один и тот же поезд в одно купе.
Проводив в понедельник Володю и вяло помахав ладошкой вслед такси, умчавшемуся в Симферополь, подавленная Варя поплелась к санаторию.
— Варьюша!.. — удивленно воскликнул Алекс, увидев ее. — Какая ты печальная!.. Разве ты любишь своего мужа? Ты мне говорила, что нет… Что это — случайность, или нет, не так, это благодарность… Любовь как признательность… Вроде платы за добрые дела. Хотя, по-моему, они не нуждаются в оплате, и мы не должны ничего требовать взамен. Я никогда не слышал о такой любви. Отец мне о ней ничего не рассказывал.
— Он вообще тебе мало что рассказывал, — недобро пробурчала Варя. — Все гораздо сложнее твоих представлений о действительности, викинг.
— Варьюша, ты сердишься… — протянул Алекс. — Я первый раз вижу тебя такой… У тебя злые глаза и деревянные губы. В чем я виноват? В том, что еще плохо знаю жизнь? Я готов просить у тебя за это прощение!
— Не за что! — буркнула Варя. — Я одна во всем виновата!
— Ты? В том, что полюбила другого?! Ну знаешь… Это глупость, прости! Любовь — не вина, а большое счастье! Единственное на земле!
— И это тебе тоже рассказал твой папа, — пробормотала Варя. — Конечно, кто же еще… У тебя не папа, а прямо ходячая энциклопедия.
На пляже звенели оживленные голоса отдыхающих. Кто-то смеялся, кто-то визжал, гомонили дети. Все вокруг радовались и наслаждались. В общем, Крым — как раз такой уникальный, особый уголок для развлечений и удовольствий. И не случайно созданный природой в виде несколько размытого треугольника.
— Когда ты увидишь моего папу, — не унимался Алекс, — сразу поймешь, какой это необыкновенный, прекрасный и умный человек.
— А когда я его увижу? — вдруг неожиданно для самой себя выпалила Варя.
Алекс задумался.
— Варьюша, прямо сейчас, с ходу, мне трудно ответить на твой вопрос. Я знаю, ты мечтаешь уехать в Швецию навсегда… Надеюсь, со мной?.. — Он хитро взглянул на Варю. — И это обязательно произойдет. Только немного позже…
Варя вздохнула. Позже… Хорошо, она постарается набраться терпения и будет ждать столько, сколько потребуется. Она уже снова и думать забыла о Володе, спокойно покачивающемся сейчас в поезде Симферополь — Москва. Просто-напросто выкинула его из головы, отрешилась от его существования…
И помчались еще три недели ее счастливой жизни в Крыму. Рядом с Алексом, светловолосым загадочным остроносым молодым человеком, таинственным, как все окружающее дядю Витю и все с ним связанное. Они загорали, уплывали далеко в море, целовались… И часто ночевали в домике дяди Вити, где им никто не мешал и словно никто их не замечал, как мебель и половички.
Их медовый месяц быстро примчался к своему завершению…