— Малец, кыш отсюда! — страшно насупившись, прошипел, нарушая устав, второй охранник, пока первый вновь спешно готовился к новому обмороку. — Вон мамка твоя бежит! Дуй к ней, да поскорее!
Сашка думал абсолютно иначе. И пока Варя не подоспела на выручку солдатикам, он ловко схватился за оружие первого, чутко угадав слабейшего, и рванул на себя, пытаясь отобрать. Поскольку тогда еще никакие камикадзе и шахиды были не в моде и ни о каких террористах слыхом не слыхивали, то караульные — теперь уже оба — были близки к шоку.
«Куда это смотрят врачи? — удивилась Варя, подлетая к сыну. — Какая медкомиссия и какие психиатры могли разрешить таким мальчикам охранять важнейший объект страны?! Додумались, кого здесь поставить! Суток пять размышляли да вычисляли, наверное! А то и больше!»
Но долго раздумывать по поводу недальновидности советских медиков казалось непозволительной роскошью. Требовалось немедленно спасать от ребенка бравую гвардию Кремля.
— Немедленно отцепись от солдат и дай мне руку! — скомандовала Варя и сама тотчас твердо завладела этой детской проворной рукой. — Ты что себе позволяешь?! Больше в Кремль ни ногой! Никогда не поведу! И не надейся!
Услышав ее громкое заявление, солдаты дружно выдохнули, словно по приказу. А Варя, не выпуская Сашкиной ладони, потащила его прочь из Кремля. Сын не очень сопротивлялся, шел довольно послушно и смирно — понимал, на чьей стороне сила и что его поведение оставляло желать лучшего. «Ничего, — спокойно думал Сашка, — мама все забудет и простит. Она забывчивая и рассеянная и любит утыкаться в свои книги. А папа и дед тем более. В следующий раз приду сюда с дедом или с папой и уж тогда точно отберу у военных пистолет. Надо, наконец, посмотреть, как он устроен».
— Безобразие! — зудела у него над ухом нудной осенней мухой мать. — Ты просто какой-то завоеватель! Просто викинг какой-то!
Сказала и споткнулась. Осеклась, подавилась своими словами… И замолчала. Сашка внимательно снизу взглянул на мать, чутко рассмотрел в ее лице что-то нехорошее, необычное и разумно решил со своими экспериментами немного повременить.
Они вышли из ворот и остановились ненадолго, вместе обдумывая, куда бы еще пойти погулять. День только начинался. Очень хороший теплый апрельский день. И возвращаться домой им обоим не хотелось.
— Варьюша… — сказал кто-то рядом, совсем близко. — Варьюша… Ну вот я и нашел тебя… А это, значит, твой сын…
Варя резко повернулась. Неужели прошло столько лет?.. Не может быть… А он, кажется, совсем не изменился, все такой же молодой, загорелый, веселый… Так сильно выделяющийся своим иностранным обликом и одеждой среди москвичей и гостей столицы, аккуратно, осторожно и даже боязливо обтекающих его с обеих сторон…
— Ты совсем не изменился, викинг… — пробормотала Варя. — Все такой же молодой и загорелый…
— Ты тоже, — усмехнулся он. — Но не загорелая. Мне нравится, как ты меня называешь.
— Так ведь лето еще начинается, — отозвалась Варя. — Еще успею почернеть… Вот поедем на дачу… А потом я уже немного постаралась… Вот!
В доказательство своих слов она слегка сдвинула ремешок часов, чтобы продемонстрировать белый ободок.
— Это грязь! — усмехнулся Алекс.
— Что? — по-детски обиделась Варя. — Какая грязь? Думай, что говоришь!
— А я как раз думаю! У вас наверняка что-нибудь с горячей водой. Ее отключили на время или случилась очередная авария. Ты знаешь, Варьюша, к советским профилактическим летним отключениям горячей воды я уже привык и даже почти приспособился. Потому что бывал в Болгарии и Чехословакии, которые пошли исключительно вашим социалистическим путем. Но когда здесь в доме, где я жил, отключили заодно и холодную воду…
Варя засмеялась.
— Тебе смешно? — обиженно протянул Алекс. — А у меня был почти шок… Я никак не мог понять, как это можно лишить людей обычной возможности сходить в туалет… У вас особый менталитет и совершенно необычное сознание. — Алекс поморщился. Скорчил презрительную гримасу. — Да и насчет тепла… У вас это называется лето? Ерунда! Здесь нет даже настоящего солнца! Хотя, правда, у вас есть Кавказ, Средняя Азия, Крым… — Он хитро прищурился и взглянул на Варю. — Да, Крым…
Он говорил по-русски довольно чисто и почти без акцента, потеряв его за прошедшие годы.
— Мы живем в том обществе, в каком живем! — резко отозвалась Варя и замолчала.
Да, она давно догадывалась — что там догадывалась! — хорошо знала, в чем дело. Когда он успел всюду побывать?.. И где сумел так загореть в апреле?.. Ее арестуют за связь с иностранцем… Да что там с иностранцем, это еще полбеды… За связь с иностранным шпионом. И еще неизвестно какой страны… Ее родной Швеции или какой-нибудь другой… Вряд ли маленькая Швеция будет устраивать такие тайные вылазки. И все было так запутано, закутано паршивой секретностью и тайной… Зачем Алекс сейчас приехал в Москву? А впрочем, Варе все равно, совершенно безразлично — для чего и почему — и наплевать на свою судьбу. Вот только Сашка… Да, если бы не Сашка… Хотя его и без Вари прекрасно вырастят Гребениченко — Володя, его отец, тетя Нюра…