– Да, у нас с этим делом все прекрасно, щит укомплектован полностью и даже с запасом, – гордо сообщил Валя. – Мы люди воспитанные, исполнительные и ответственные, раз надо, значит, надо. У нас даже новые огнетушители есть, целых три штуки. Один я к себе в комнату взял на всякий случай.
– Надо же, какой предусмотрительный, – хохотнул Юрий Иванович. – Похвально, похвально! Ну, а в остальном как у вас дела? Жалоб нет? Надеюсь, происшествий тоже никаких не было?
– А вот в этом я как-то не совсем уверена, – вздохнула Олеся и бросила беспокойный взгляд на дверь кладовки, куда спрятала винтовку.
– Что-то случилось? – насторожился капитан и присел на стул. – Говори!
– Понимаете… ну, это самое… тут такое дело… – замялась Олеся, не зная, с чего начинать. – Вы, наверное, в курсе, что на наш пруд дикие утки каждую весну прилетают и живут там все лето?
– Да-да, я об этом знаю, они давно сюда прилетают, – кивнул участковый. – И что же с ними случилось?
– С утками ничего такого не произошло, они улетели… вернее, их заставили улететь…
– Ма шер, что ты говоришь? Как это ничего такого? – возмущенно возразил Валя. – Утки улетели, господин шериф, и теперь неизвестно, вернутся ли сюда вообще после такого варварства! Селезня убили, а потом и он куда-то делся. Может, утонул, а может, и украли его.
– Валя, разве в этом дело? Я вообще-то хотела рассказать…
– Погоди, ма шер, я сам все расскажу, как положено, а ты пока помолчи, – остановил подругу Валентин.
– Почему ты? – возмутилась Олеся.
– Потому что именно я был единственным и весьма ценным свидетелем, а вовсе не ты, – отмахнулся Валя. – Уважаемый Юрий Иванович, вы даже представить себе не можете, какой кошмар мне пришлось пережить сегодня утром, – повернулся он к капитану, закатывая глаза под лоб и хватаясь за сердце. – До сих пор мороз по коже, как только вспомню и подумаю, что я был буквально на волосок от смерти!
– Как-как ты сказал? – вскинул тот брови. – Что значит на волосок от смерти?
– Вот то и значит! Совсем на тоненьком волосочке держалась моя жизнь, – возбужденно подтвердил молодой человек. – Вам когда-нибудь приходилось испытывать что-нибудь подобное, господин шериф? О-о-о, это…
– Валь, хватит ерничать, говори по существу, – прикрикнула на друга Олеся.
– А я, по-твоему, что делаю? – с пафосом спросил тот. – То, что я чуть со своей жизнью сегодня не расстался, разве это не дело? То, что у нас спокойно с ружьями и винтовками по нашей частной собственности разгуливают разные, всякие, неизвестные индивиды, разве это…
– С ружьями и винтовками? – удивленно переспросил капитан. – Ну-ка, ну-ка, рассказывай, мил друг, что здесь произошло, да с подробностями, – строго велел он.
– А я о чем? Я и говорю, что только я знаю эти подробности, – радостно согласился Валя, нетерпеливо заерзав на стуле.
– Я внимательно тебя слушаю, – нахмурился шериф.
– Значит, так! Случилось все не далее как сегодняшним утром. Этим летним, прекрасным, ранним и солнечным утром, – с огромным энтузиазмом завел свою сагу Валентин, сопровождая свои слова выразительной мимикой и жестикуляцией. – Обычно мы с Лесей вместе ходим на пруд сразу же после завтрака, а сегодня не получилось. На наши головы неожиданно свалилась некая непрошеная гостья – дама совершенно необъятных размеров, поэтому Лесе поневоле пришлось уделить ей внимание. Мне ничего не оставалось делать, как после своей обычной утренней пробежки идти на пруд в гордом одиночестве, чтобы покормить наших уточек. Иду, любуюсь местным пейзажем, ни о чем дурном даже не помышляю… Погода прелестная, воздух чудесный, аромат от цветов упоительный, настроение замечательное, и вдруг бац…
– Вторая смена! – раздраженно проворчала Олеся. – Валя, ты когда-нибудь научишься излагать ход событий коротко и ясно?
– Не нужно меня перебивать, ма шер, это некультурно. Что подумает о твоем воспитании господин шериф? – возмутился приятель. – Коротко – это не всегда правильно, иногда мелочи играют доминирующую роль. И потом, Юрий Иванович сам попросил меня рассказывать с подробностями.
– Только не о цветочках и мотылечках, – огрызнулась Олеся. – Давай самую суть и покороче, а если не можешь, тогда уж лучше я это сделаю!
– Ну, и пожалуйста, – обиделся Валентин. – Хочешь, как лучше, а получается, что это никому не нужно.
– Друзья мои, может быть, вы все-таки поведаете толком, что стряслось с вашими утками, или мне в другой раз зайти? – строго спросил участковый. – Говори ты, Олеся!