Вспомнилась встреча с «чеченцем». Сегодня срок ультиматума истек. Завтра башку снимать будут. Ну да Бог не выдаст, свинья не съест. Он хоть и хорохорился, но легкий холодок нет-нет да и пробегал по спине.
Он уснул, уткнувшись в волосы Алены. Они пахли ромашковым , шампунем. А утром потянулось все как обычно: на завтрак омлет с ветчиной, поджаренные гренки, кофе с молоком и виноградный сок. Потом они вдвоем потащили Катьку к Аграфене Петровне.
С озера дул холодный северный ветер, резавший щеки, и дочь Станислав Сергеевич тащил на себе, укрыв ее еще и полой своей теплой куртки. Алена забежала в избу одна, но тотчас вернулась: мать вся в огне — видимо, простуда, всю ночь не спала. Дочь придется брать с собой, а теще выслать «скорую».
— Сама со «скорой» поедешь, сделаешь укол анальгина, температуру лучше сбить! — распорядился он — А с Катериной Римма посидит.
— Еще чего!
— Не переломится. А ты не ревнуй! Знаешь ведь, что, кроме тебя, никого не любил и любить уже не буду! Я ведь тоже однолюб.
Они пришли в больницу, Кузовлев распорядился отправить к будущей теще «скорую», с которой поехала Алена, а сам ушел в операционную и пробыл там до пяти. Потом выполз оттуда, еле волоча ноги, с землистым лицом, упал на кушетку, лег и закрыл глаза.
Алена подбежала к нему, присела рядом:
_ Что-то случилось?
— Ничего не мог сделать, опухоль такая, что смотреть было страшно. Сплошные метастазы, живого места на печени нет. Этот рак такая страшная вещь... Страшнее не бывает! Мы зашили, а он через час умер. От разрыва сердечной аорты. Ты представляешь?.. — Он вздохнул и снова закрыл глаза. — Когда я ощущаю свою беспомощность, мне становится плохо и хочется кричать!
— Ты же не Господь Бог!
Кто это тебе сказал?
-Что?
— Что я не Господь Бог?
— Ну как? Он оживлял мертвых...
— Я тоже. И не раз, кстати!
У него был нимб!
— У меня тоже. Только не виден.
— Ну хватит спорить на глупые темы! — рассердилась она. — Я не люблю!
— Это не глупые темы. И я не спорю. Просто стараюсь убедить тебя в одной истине. Что с матерью?
- Температура спала, но вид у нее жуткий, лицо отечное с желтоватым оттенком...
— С каким, ты сказала, оттенком? — Хирург вдруг поднялся, сел на кушетке, задумался.
— С желтоватым.
— Ты спрашивала, что у нее болит?
—- Так простыла же...
— У простуды совсем другой цвет лица. Это не простуда!
— Она все время за живот держалась.
— То-то и чую, что за живот! — подскочив, вдруг воскликнул он. — Вот дьявол! Это же отравление!
Он подскочил, схватил с вешалки куртку, выскочил во двор, но там, как назло, не было ни одной «скорой». Алену вызвали на перевязку.
— Иди на перевязку, а я возьму чемоданчик и побегу пешком! Почему я утром не зашёл?!
- Я тебе сама сказала, чтобы ты подождал во дворе, — напомнила Алена.
— Выслушай женщину— и сделай наоборот. Я побежал!
Он зашел к терапевту, взял необходимый набор лекарств и двинулся к будущей теще. Чтобы срезать путь, Станислав Сергеевич двинулся через низкую ложбину. К счастью, дожди прекратились, а по ночам уже крепко подмораживало, и тропинка затвердела. Он почти бежал, продолжая проклинать себя за то, что не зашел утром. Когда Алена сказала, что мать заболела, надо было зайти, проверить пульс и по визуальным признакам поставить предварительный диагноз. Торопясь, он смотрел под ноги, на кочки и выбоины, потому что сломать ногу на такой дорожке пара пустяков.
Кто-то шел ему навстречу, но Кузовлев не обратил на это внимания, потому что через ложбину ходили многие, однако, когда до встречи с незнакомцем оставалось несколько метров, хирург поднял голову и остолбенел. Перед ним в рыбацкой робе с капюшоном стоял Грабов. Но испуг длился всего несколько секунд. Вскоре он прошел, и Станислав Сергеевич даже усмехнулся:
— Вы что, следите за мной?
— Вроде того.
— Я рад за вас, вы делаете это неплохо.
Петр не ответил. Его потемневшее лицо почти ничего не выражало. Лишь потухшие черные глаза смотрели в одну точку, и во всем теле ощущалась странная скованность.
— Но я сегодня не намерен с вами долго разговаривать. Аграфена Петровна заболела, и мне надо идти к ней!
— Ты дурак... — обронил Грабов.
— Вот и хорошо! Но на эту тему поговорим в следующий раз!
Станислав Сергеевич сошел с дорожки, обогнул рыбака и двинулся дальше.
— Подожди! — раздался за спиной его хриплый голос.
Кузовлев обернулся.
— Ну что, что?! — возмущенно произнес хирург. — Я же сказал: меня ждет больная...