Жардине наполнил свой бокал, предложил и Виктору, но тот отказался. Инспектор взял со стола лионскую «Суаре» и бросил Рене:
— Ты это читал?
Виктор развернул газету и сразу же увидел фото графию Алены. Крупный заголовок гласил: «Русская мафия хозяйничает на юге Франции?» В статье на первой полосе приводились новые подробности биографии Алены Нежновой. Рене пробежал ее глазами. Бойкий журналист Пьер Симоне раскопал любопытные факты ее жизни в России, в частности подробно остановившись на биографии первого мужа Алены Петра Грабова. Он был представлен автором как жестокий и хладнокровный садист и убийца. Два армейских года он провел в Чечне, где прославился тем, что расстреливал мирных жителей, за что военное начальство наградило его орденом, и он вернулся в. родные места прославленным героем, чем и завоевал сердце медсестры Алены Нежновой, которая воровала в местной больнице морфий и поставляла своему возлюбленному. Они поженились и жили счастливо, Пока Грабов в наркотическом приступе безумия не убил своего соперника хирурга, с кем параллельно жила Алена. Мать Нежновой умерла от разрыва сердца. Русское правосудие определило Грабову пожизненное заключение, но недавно он бежал из мест заключения и теперь находится на свободе. И не для него ли его бывшая женушка присвоила «Гранд эту-аль», чтобы сделать виллу центром русского разбоя? Статья была лихо написана, с издевкой по отношению к Алене и могла всерьез напугать провинциального обывателя.
— Кто-то, как видишь, заинтересован сделать из твоей соседки жуткого монстра! — глубокомысленно заметил Жардине.
— Это наглое и циничное вранье! — поморщился Рене.
Я отстранен. Кстати, в этой статейке и меня крепко приложили! — Он схватил газету и процитировал: — «За сколько сотен русских нефтедолларов вас купили, инспектор Жардине?!» Каково звучит? Мой двенадцатилетний сын вчера пришел с разбитой мордой. Ему сказали: «Если твой папаша-пьяница не успокоится, то мы и с ним проведем такую же задушевную беседу!» И вот я успокоился - точнее, меня успокоили.
И он снова плеснул себе коньяку.
Разговор с инспектором огорчил Виктора. Возвратившись, домой он не мог найти себе места, расхаживая по кабинету. Бигли с тревогой смотрели на хозяина, не понимая, что его могло расстроить.
«Получается, что Алин теперь и искать не будут? Злодеи могут надругаться над ней, убить, и им это сойдет с рук?! — пронеслось у него в голове. — Дожили!»
Имей он лишних пять тысяч франков в месяц, нанял бы частных сыщиков, и те за пару-тройку дней все бы раскопали, но Виктор жил всегда в обрез, экономил, чтобы позволить себе летом съездить в Венецию или Афины, а самому пускаться как гончая по следу как-то не с руки. Да и какой из него комиссар Мегрэ? Он всю жизнь проработал в посольстве, писал отчеты, собирал информацию. Нет; представление о таких делах он имеет, но практической стороны сыска толком не знает. Однако кто, кроме него, спасет Алин? Некому, раз Жардине отстранили. Легко сказать: «Я готов ввязаться в драку с негодяем Филиппом Лакомбом!» — но этот негодяй тут же нанесет ответный удар, и, стоит предположить, весьма чувствительный.
Когда-то он, мечтал о жизни разведчика, которая была бы наполнена риском и опасностями, но конторская служба «белого воротничка» мигом развеяла юношеские мечтания, душа разленилась, и он постепенно превратился в русского Обломова. Впрочем, гончаровский Илья Ильич Виктору нравился тонкостью чувств, чуткостью, деликатностью и удивительной фантазией.
Вечером зашел Анри, узнать, что слышно об Алин, но Рене лишь развел руками.
— И что теперь? — погрустнев, не понял садовник. — Наша мадам так и пропадет?
— Ну почему — пропадет? Не должна пропасть!
— Вы хотите отправиться на поиски? — посветлел лицом садовник.
— Я еще не знаю. — Рене поднялся; взял с камина свою трубку и стал набивать ее табаком.
Садовник, сам того не ведая, своей нехитрой репликой поставил его перед выбором.
— Это ведь нешуточное, дело, Анри, — выпуская кольцо дыма, промычал Виктор.
— Я бы мог за собаками присмотреть, мне нетяжело, — помолчав, вздохнул садовник.
И этого старого пентюха Алин сумела очаровать, вот это да!» — усмехнулся про себя бывший разведчик.
— Нет, я готов предпринять все шаги для спасения мадам Лакомб, надо только все обдумать, собраться с мыслями, — пробормотал. Рене.
— Как скажете, я так и перееду к вам, — кивнул Анри.
Он простодушно посмотрел на него, словно не понимая, к чему медлить, тем более что пошел уже третий день, как похитили Алену.