Скорее всего, нет. Он китаец, гражданин континентального Китая. Это его страна, и у него нет желания покинуть её. В противном случае он не пришёл бы сейчас к нему, объясняя ситуацию министру, — пожалуй, Киан Кун тоже прислушается к нему. Рен является патриотом, но не коммунистом. Какая это странная двойственность…
Фанг встал. Беседа затянулась.
— Я сделаю это, мой друг, — сказал он своему гостю. — И сообщу тебе о результатах.
— Спасибо, товарищ министр. — Рен поклонился и вышел из кабинета. Настроение у него не улучшилось, но, по крайней мере, кто-то согласился выслушать его. Непросто ожидать этого от членов Политбюро.
Фанг опустился в кресло и закурил новую сигарету. Затем он протянул руку к чашке чая и задумался на пару минут.
— Минг! — громко позвал он. Через семь секунд — он засёк время по часам — она вошла в кабинет.
— Слушаю, товарищ министр.
— Какие статьи с новостями ты приготовила для меня? — спросил он. Секретарша исчезла ещё на несколько секунд и вернулась, держа в руках несколько листов бумаги.
— Вот, товарищ министр. Я их только что отпечатала. Вот эта статья может показаться вам особенно интересной.
«Эта статья» была первой страницей «Уолл-стрит Джорнэл». Она называлась «Крупные перемены в китайском бизнесе?». Знак вопроса был чисто риторическим, увидел министр, прочитав первый параграф. Рен был прав. Ему придётся обсудить эту проблему с остальными членами Политбюро.
Проверка качества танковых стрельб была для Бондаренко не менее важным событием.
На вооружении танковых бригад состоял новейший вариант тяжёлого танка Т-80 УМ. Он уступал тяжёлому танку Т-99, который только что начали производить, но у него, однако, была неплохая система управления огнём, и этим он превосходил предыдущие модели.
Танковое стрельбище было простым до предела. Цели, расположенные на заранее известных фиксированных расстояниях, представляли собой большие белые картонные панели с нарисованными на них чёрными танковыми силуэтами. Многие наводчики ни разу не стреляли боевыми снарядами после окончания танкового училища — таков был уровень подготовки в Российской армии. Ярости генерала не было предела.
Оказалось, что ярость может быть ещё большей. Бондаренко наблюдал за стрельбой одного танка, который вёл огонь по цели, расположенной в тысяче метров. Для стрельбы из танка такое расстояние равносильно плевку, но на его глазах сначала первый, потом ещё два трассирующих снаряда не попали в цель, не долетев до неё. Наконец четвёртым выстрелом цель была поражена — снаряд попал в верхний правый угол. Добившись такого успеха, танк переключился на стрельбу по другой цели, на расстоянии тысяча двести метров, и дважды промахнулся, зато третий снаряд попал в самую середину нарисованного танка.
— Совсем неплохо, — заметил полковник Алиев, стоящий рядом.
— Если не считать, что танк вместе с экипажем взорвался девяносто секунд назад, — ответил генерал, сопроводив замечание грубым ругательством. — Вам приходилось видеть, что происходит, когда взрывается танк? От экипажа ничего не остаётся, кроме жареного мяса. Причём очень дорогого жареного мяса.
— Они впервые ведут огонь из танков, — сказал Алиев, надеясь успокоить своего босса. — У нас ограниченное количество учебных снарядов, и они не такие точные, как боевые.
— Сколько у нас боевых снарядов?
Алиев улыбнулся.
— Миллионы. — У них было фактически несколько складов, до предела наполненных боевыми танковыми снарядами, произведёнными в семидесятых годах.
— Тогда распорядитесь выдать всем танкам боевые снаряды, — приказал генерал.
— Москве это не понравится, — предостерёг Алиев.
— Я приехал сюда не для того, чтобы кому-то нравиться, Андрей Петрович. Моя задача — защищать страну. — Наступит время, и он встретится с идиотом, который приказал заменить заряжающего танкиста автоматической системой подачи. Эта система действовала медленнее человека, и в результате в экипаже танка стало меньше на одного танкиста, который мог бы помочь исправить повреждение. Неужели инженерам так и не пришло в голову, что танки действительно будут вести огонь в настоящем бою? Нет, этот танк был спроектирован без учёта мнения военных, как и все остальное советское вооружение. Это, по-видимому, и объясняло, почему так много боевых механизмов выходило из строя — или, что ещё хуже, наносило урон тем, кто пользовался ими. Подобно тому, как топливный бак разместили внутри БТР. Как им не пришло в голову, что член экипажа может выскочить из повреждённой машины и при этом даже уцелеть, чтобы продолжать бой в качестве пехотинца? Уязвимость танков было первым, что узнали афганцы о советских моторизованных войсках… и сколько русских парней сгорели из-за этого? Ничего, — подумал Бондаренко, — теперь у меня новая страна, у России всегда были талантливые инженеры, и через несколько лет у нас появится вооружение, достойное солдат, которые сражаются с этим оружием в руках. — Андрей, есть в нашей армии хоть что-то исправное?
— Именно поэтому мы и проводим учения, товарищ генерал. — У Бондаренко была репутация требовательного командира, который старается найти решение проблем, а не сами проблемы. Начальник его оперативного отдела считал, что Геннадий Иосифович подавлен огромными размерами трудностей, но говорит себе, что, какой бы огромной ни была проблема, она должна состоять из множества маленьких, которые можно решать одну за другой. Стрельба на танковом полигоне сегодня была отвратительной. Однако через неделю качество стрельбы заметно улучшится, особенно если раздать экипажам боевые снаряды вместо учебных. Настоящие «пули», как танкисты неизменно их называли, давали им возможность почувствовать себя настоящими мужчинами, а не школьниками со своими учебниками. Это имело большое значение, и, подобно многим переменам, которые вводил его новый босс, в этом был здравый смысл. Через две недели они снова будут инспектировать танковое стрельбище, и на этот раз там будет гораздо больше попаданий, чем промахов.
Глава 40
Заявления домов мод
— Итак, Джордж? — спросил Райан.
— Как я и говорил, началось. Оказывается, наступает срок оплаты целой тонны подобных контрактов для следующего сезона или что-то похожее, а также контракты для рождественских игрушек, — доложил министр финансов своему президенту. — И это не относится только к нам. Италия, Франция, Англия — все отказываются от контрактов с ними. Китайцы вторглись в эту отрасль промышленности, захватили там целые области производства и сбыта и этим вызвали недовольство очень многих. Видишь ли, не то чтобы цыплята не вернулись в свой курятник, они просто улетели из него, и в результате наши друзья в Пекине остались с пустым мешком. Это большой мешок, Джек. Речь идёт о миллиардах долларов.
— Это принесёт им большой вред? — спросил Государственный секретарь.
— Скотт, я понимаю, тебе может показаться странным, что судьба нации может зависеть от бюстгальтеров «Секрет Виктории», но деньги есть деньги. Им нужны деньги, и внезапно они обнаруживают огромную дыру в своём бюджете. Насколько велика эта дыра? Миллиарды. От этого у них может чертовски разболеться живот.
— Каков действительный ущерб? — спросил Райан.
— Это вопрос не ко мне, Джек, — ответил Уинстон. — Спроси Скотта.
— О'кей. — Райан повернул голову к другому члену своего Кабинета министров.
— Перед тем как ответить на этот вопрос, мне нужно знать, какое общее воздействие это окажет на китайскую экономику.
Уинстон пожал плечами.
— Теоретически, они могли бы выйти из трудного положения с минимальными потерями, но это зависит от того, как будут справляться китайцы с недостачей. Их национальная индустриальная база представляет собой невероятно запутанную мешанину частных и государственных отраслей промышленности. Конечно, частные предприятия являются наиболее эффективными, а наименее эффективные — это те отрасли промышленности, которые принадлежат их армии. Я видел аналитические расчёты экономических операций, проводимых Народно-освободительной армией, которые выглядят, как что-то из журнала «МЭД», в них невозможно разобраться после того, как прочитаешь в первый раз. Солдаты плохо разбираются в том, как производить товары, — их специальность убивать и разрушать, — а если к этому добавить марксизм, то подобная смесь только ухудшит ситуацию. Таким образом, военные «предприятия» бесполезно расходуют колоссальные деньги. Если китайское правительство примет решение закрыть их или, по крайней мере, сократить их активность, они смогут преодолеть недостачу и двинуться дальше. Но они не пойдут на такой шаг.