— Почему перевод занял так много времени? — спросила Мэри-Пэт, когда он вошёл в кабинет.
— Миссис Фоули, это горячий материал.
— Насколько горячий?
— Как магма, — сказал Сиэрс, передавая ей папку.
— Вот как? — Она взяла страницы, откинулась на спинку своего комфортабельного кресла и начала читать. «ЗОРГЕ», источник «Певчая птичка». Её глаза пробежали по заголовку вчерашнее заседание китайского Политбюро. Затем Сиэрс увидел, как её глаза сузились и рука протянулась к ириске. Она перевела глаза на него. — Да, вы не шутили. Анализ?
— Мэм, я не могу оценить надёжность источника, но если все это правда, тогда мы смотрим на процесс, какого я никогда не видел, за исключением книг по истории, и слышим слова, которые никто никогда не слышал в этом здании. Я хочу сказать, что здесь цитируются выступления каждого министра в их правительстве, и почти все говорят одно и то же.
— И это совсем не то, что нам хотелось бы слышать, — завершила Мэри Патриция Фоули его заявление. — Если предположить, что все здесь изложено точно, вам это кажется реальным?
Сиэрс кивнул.
— Да, мэм. Это кажется мне реальным разговором между реальными людьми, и содержание соответствует личностям, которых я знаю. Может ли это быть сфабрикованным? Да, может. Если так, то источник был скомпрометирован тем или другим способом. Тем не менее я не вижу, что это может быть сфальсифицировано без их желания создать какой-то специфической эффект, и это будет эффект, не являющийся слишком привлекательным для них.
— Какие-нибудь рекомендации?
— Было бы неплохо пригласить Джорджа Вивёра из Провиденса, — ответил Сиэрс. — Он хорошо читает их мысли. Он встречался со многими из них лицом к лицу и сможет подтвердить мой анализ.
— В чем этот анализ заключается? — спросила Мэри-Пэт, не переворачивая последнюю страницу, где это будет напечатано.
— Они замышляют войну.
Заместитель директора ЦРУ по оперативной работе встала и вышла из кабинета. За ней последовал доктор Джошуа Сиэрс. Она прошла короткое расстояние до кабинета своего мужа и вошла в него, даже не посмотрев на секретаршу Эда.
Когда она вошла в кабинет, у Эда Фоули шло совещание с заместителем директора ЦРУ по науке и технике и двумя ведущими специалистами отдела. Директор с удивлением поднял голову, затем увидел у неё в руке голубую папку.
— Да, детка?
— Извини меня, но это не может ждать ни минуты. — Её голос был таким же выразительным, как и её слова.
— Фрэнк, встретимся снова после ланча?
— Конечно, Эд. — Заместитель директора по науке и технике собрал разложенные на столе документы и вместе со своими людьми вышел из кабинета.
Когда они ушли и дверь закрылась, директор Центрального разведывательного управления спросил:
— «ЗОРГЕ»?
Мэри-Пэт молча кивнула, протянула ему папку и опустилась на диван. Сиэрс остался стоять. Только сейчас он заметил, что у него влажные ладони. Такого с ним никогда раньше не случалось. Сиэрс, как глава отдела ЦРУ, занимающегося оценкой действий Китая, работал главным образом над политическими проблемами: кто есть кто в политической иерархии КНР, какая экономическая политика проводится в стране — страница высшего общества в Китайской Народной Республике, как об этом думал он и его люди и шутили над этим в кафетерии. Он никогда не видел ничего подобного, ничего более сенсационного, чем подавление внутренних волнений. Хотя их методы подавления подобных волнений казались немного жестокими, как он часто говорил, — главным образом эти методы заключались в расстреле без суда и следствия, что было более чем немного жестоким для тех, кого это касалось, — расстояние между странами позволяло ему смотреть на все с отдалённой перспективой. Но не в этом случае.
— Неужели это правда? — спросил директор ЦРУ.
— Доктор Сиэрс считает, что это соответствует действительности. Он также считает, что нам нужно вызвать Вивёра из университета Брауна.
Эд Фоули посмотрел на Сиэрса.
— Позвоните ему. Прямо сейчас.
— Да, сэр. — Сиэрс вышел из кабинета.
— Это нужно показать Джеку. Чем он сейчас занимается?
— Через восемь часов он вылетает в Варшаву, помнишь? Встреча НАТО, фотографирование в Освенциме, остановка в Лондоне на обратном пути — ужин в Букингемском дворце. Затем шопинг на Бонд-стрит, — добавил Эд.
Дюжина агентов Секретной службы уже прибыла в Лондон и работала там совместно с полицией метрополии и MI-5, ранее известной как Секретная служба. Ещё двадцать агентов находились в Варшаве, где забота о безопасности президента не вызывала особого беспокойства. В настоящее время поляки были очень довольны отношениями с Америкой, и оставшиеся там от коммунистической эры спецслужбы по-прежнему хранили досье на всех, кто мог представлять проблему. К каждому такому потенциальному смутьяну будет приставлен полицейский на все время пребывания Райана в стране. Заседание НАТО будет почти полностью церемониальным: встреча союзников, задача которой заключается в том, чтобы множество европейских политических деятелей произвели хорошее впечатление на своих избирателей, говорящих на самых разных языках.
— Боже мой, они говорят о попытке покушения на Грушевого! — воскликнул Эд Фоули, добравшись до третьей страницы. — Неужели они совсем чокнулись своими гребаными головами?
— Похоже, что они наконец неожиданно поняли, в каком безвыходном положении оказались, — заметила его жена. — По-видимому, мы переоценили их политическую стойкость.
Фоули кивнул и посмотрел на жену.
— Прямо сейчас?
— Прямо сейчас, — согласилась она.
Её муж поднял телефонную трубку и нажал на кнопку быстрого набора № 1.
— Да, Эд, в чём дело? — спросил Джек Райан.
— Мы с Мэри сейчас приедем.
— Сейчас?
— Сейчас.
— Это действительно важно? — спросил президент.
— У нас критический материал, Джек. Тебе понадобится присутствие Скотта, Бена и Арни. Возможно, и Джорджа Уинстона. Основа этого вопроса касается его области знаний.
— Китай?
— Да.
— О'кей, приезжайте. — Райан переключил телефоны. — Эллен, мне нужен Государственный секретарь, министр финансов, Бен и Арни. Они должны быть у меня в кабинете через тридцать минут.
— Да, господин президент, — ответила секретарша. Предстояло что-то необыкновенное, но Робби Джексон летел сейчас на запад, из всех мест он выбрал завод «Боинг», где рабочие и менеджмент хотели знать о перспективах заказа «777-х» для Китая. Робби ничего не знал об этой проблеме, поэтому он будет говорить о важности прав человека, о фундаментальных принципах и убеждениях Америки и обо всём остальном, что походило на размахивание американским флагом. Персонал «Боинга» отнесётся к нему вежливо, да и трудно невежливо относиться к чернокожему человеку, особенно адмиралу, с морским орденом Золотых Крыльев на лацкане пиджака. Главная задача Робби будет состоять в том, чтобы научиться этому политическому дерьму. К тому же это уменьшит давление на Райана, а это было главной целью Джексона в жизни, и, как ни странно, он воспринимал её с относительной невозмутимостью. Так что теперь его реактивный VC-20B летел где-то над Огайо, подумал Джек.
Может быть, над Индианой. В этот момент в кабинет вошла специальный агент Андреа Прайс-О'Дей. «Она выглядит немного бледной», — подумал Джек.
— Вы ждёте компанию? — спросила она.
— Обычные подозреваемые во многих преступлениях. Как ты чувствуешь себя? — спросил Джек.
— Немного болит живот, выпила слишком много кофе за завтраком.
«Утренняя тошнота? — подумал Райан. — Если так, то это плохо. Андреа изо всех сил пыталась не отставать от остальных парней. Если она признается, что это обычная женская слабость, на её душе останется шрам, словно от огнемёта». Он не мог сделать ей замечание. Может быть, Кэти сможет. Это должно обсуждаться между женщинами.
— Приезжает директор ЦРУ, говорит, что у него что-то важное. Возможно, они сменили в Кремле туалетную бумагу, как мы часто говорили в Лэнгли в то время, когда я работал там.
— Да, сэр, — улыбнулась Андреа. Подобно большинству агентов Секретной службы, она видела, как люди и тайны появляются и исчезают, и если ей требовалось узнать что-то важное, она узнает об этом со временем.