–Да откуда тут дракону взяться? Ты же сам говорил, что если они и существуют, то в землях Эрин, что на севере. А тут юг, мавры да арабы.
– Ну этого я не знаю, мало ли... – Рагнвальд решил, что хватит на сегодня водных процедур, и последовав примеру Хала, прошел в гардеробную, где обтеревшись широким полотенцем, начал одеваться.
Им обоим нравилась местная одежда. Широкие и длинные рубахи, так же как и штаны - шаровары, были сделаны из мягкого хлопка, и разительно отличались от их одежды из грубого льна и кожи, что была в ходу на их родине.
– Хорошие все таки штаны, в отличии от моих кожаных. Задница в них не горит на таком солнце. – Рагнвальд натянул на ноги сапоги и встал.
– Ты еще свои шерстяные портки вспомни, – захохотал Хал, – мы уже тучу времени носим эти одежды, а ты все так же, как и в первый раз, удивляешься какие штаны мягкие и легкие. Пора бы уже привыкнуть.
– Да ну тебя, – буркнул Рагнвальд, – задница же действительно не горит от такой жары, и ты не ведёшь себя как то животное из заезжего балагана, по волосатости похожее на гномов, и называющееся обезьяной, которое руками гоняет там своих блох.
Они оба рассмеялись.
– Ну ты сравнил! – смеялся Хал, застегивая широкий кожаный пояс и приторачивая к нему свой любимый боевой топор.
– Ну а как еще назвать неистовое чесание задницы в такую жару?!– хохотал и угукал Рагнвальд, изображая огромного, чешущегося в разных местах, орангутанга.
– Давай уже бери меч и пойдем к Абдулу, счастья попытаем в расспросах, – Хал бросил Рагнвальду его оружие и задыхаясь от смеха, шатающейся походкой направился к выходу из хаммама.
С шутками они пересекли широкий двор, устланный плитками разноцветного мрамора, и поднявшись по небольшой, всего в пару ступенек, лестнице, углубились в прохладные коридоры дворца. Внутренний интерьер отличался от яркого двора. На полу лежал светло-серый мрамор, беленые стены были разукрашены причудливым орнаментом, в котором можно было разглядеть и цветы, и различных неведомых зверей, и еще многое другое, если начать пристально вглядываться. В который раз друзья шли по коридорам и нет, нет, но заглядывались на стены, отмечая для себя всё новые узоры. Убранство и архитектура дворца были настолько гармонично сделаны, что казалось, будто сами боги приложили к этому свою руку.
Пока Хал невольно отвлекался на рассматривание узора стен, Рагнвальд поймал шиворот пробегающего мимо слугу.
– Где сейчас жрец? – Рагнвальд сделал свирепое лицо.
– Он, он... – слуга от страха весь съежился и побледнел.
– Да отпусти ты его, а то глядишь еще в штаны навалит. – улыбаясь, Хал подошел к Рагнвальду и положил ему руку на плечо.
Слуга уже начал было закатывать глаза, но Рагнвальд, громко хохоча, слегка встряхнул его, приводя в чувство.
– Так где, в итоге, жрец то?
– Он... Он в-в с-саду, – заикаясь ответил слуга, глядя на двух смеющихся громил.
Рагнвальд разжал ладонь и парень еле устоял на ногах.
– Я, я, я м-могу идти? – так же заикаясь, спросил слуга.
– Иди уже, – ответил Хал.
– Ну вот по что ты паренька напугал? Он чуть было не обделался от страха, – укоризненно спросил Хал Рагнвальда, глядя вслед убегающему слуге.
– Они тут все такие смешные и пугливые, я не смог устоять, – улыбнулся Рагнвальд, – Ладно, чего уж, пойдем в сад к жрецу.
– Пойдём, – сказал Хал, и пошел дальше по коридору, – а ты все таки хватит тут всех пугать направо и налево.
– Ага, обязательно, – как то неубедительно и сквозь смех, шагая рядом, ответил Рагнвальд.
Сад, в котором любил отдыхать и размышлять Абдулбари, являлся истинным шедевром садоводческого искусства, воссоздающим образы рая. Это место было, своего рода, тихим приютом, куда жрец часто удалялся, чтобы отдохнуть от дворцовых забот. Здесь, наедине с природой, он чувствовал себя в отрыве от суеты, но при этом всегда был в курсе всех срочных и непредвиденных дел. Войти в сад можно было только по единственной кипарисовой аллее, что вела на, так называемый, Двор Канала. Засаженный апельсиновыми митровыми деревьями, вековыми кипарисами, лаврами и розами, он являлся этаким символом всего сада. Дорожки в нем были вымощены мозаикой из черных и белых камней. Двор крест накрест пересекали каналы, словно четыре реки, вытекающие из одного источника. По всей длине каналы пересекали струйки маленьких фонтанчиков, создавая очаровательную композицию. Дальше, через небольшой арочный портик, можно было попасть в щедро украшенный лепниной, Лунный Зал со смотровой площадкой, а еще дальше, в Кипарисовый дворик с маленьким фонтаном и беседкой посередине.