Последняя ночь тризны была особенной. Люди собрались вокруг большого костра, и каждый рассказывал свою историю о Ратиборе - кто-то вспоминал его как искусного охотника, кто-то как мудрого советчика, кто-то как храброго воина. Старые воины говорили о битвах, где Ратибор прикрывал их спины, охотники вспоминали его умение выслеживать даже самого хитрого зверя. Хал слушал эти рассказы, и с каждой историей образ отца становился все более полным, словно складывалась мозаика из множества кусочков.
Когда взошло солнце четвертого дня, все было кончено. Погребальные обряды завершились, душа Ратибора отправилась в свой последний путь. Жизнь в деревне начала возвращаться в привычное русло, но что-то изменилось безвозвратно. Теперь Хал занял место отца среди охотников и воинов, и хотя его руки были еще молоды, в них уже чувствовалась сила и уверенность - наследие отца, переданное через годы учения и любви...
– Проснись! Или мы сдохнем и останемся в твоих воспоминаниях! – яростный шепот где то внутри, больше походящий на медвежее глухое рычание, заставил Хала разлепить глаза. Голова была словно налита свинцом и в ней бухали огромные барабаны. Хотелось снова заснуть.
– Подъем! – чей-то голос внутри снова заставил проснуться. Собрав все силы, Хал сел и помотал головой, пытаясь разогнать морок и сон.
– Кто здесь? – вопрос был адресован непонятно к кому. Ответа не последовало.
Хальгрим оглянулся вокруг. Он находился посреди болота, по кочкам которого стелилась зеленая дымка. Редкие скрюченные деревья торчавшие из воды и походившие на каких то черных чудовищ, чем на растения, простирались насколько хватало глаз, растворяясь в плотном сером тумане . Тишина стояла оглушающая, даже лягушек не было слышно.
– Пора выбираться,– Хал с трудом поднялся.
Сквозь серую пелену слабо угадывалось солнце. Примерно определив в какую сторону нужно идти, он двинулся вперед, тяжело переставляя ноги. Глаза слипались, голова гудела, но нужно было поскорее выходить из этого места. Как сюда занесло вообще не понятно. Вроде бы шел по лесу и вдруг раз - очнулся уже на болоте. Не иначе леший завел, да болотнику спровадил.
Зловещая топь простиралась во все стороны, растворяясь в тумане без конца и края. Звук рассекаемой шагами воды казался очень громким. Плотная серая пелена пробиралась под одежду противной сыростью. Запах стоял ужасный. Выбравшись на очередной небольшой островок с пожухлой травой, Хальгрим повалился на спину. Усталость и сон пытались забрать его сознание.
– Пойдем со мной, воин. – скрипящий, похожий на карканье вороны, голос прозвучал неожиданно и резко.
Хал попытался вскочить, но у него получилось лишь поднять голову и увидеть сквозь туман большого размера призрачную тень. Он с трудом вытащил из ножен меч и опершись на него, пошатываясь, встал.
– Кто ты и как звать тебя? – Хал не узнал свой голос. Хриплый и тихий, он утонул в плотном болотном воздухе, лишь только вырвался наружу.
– Неважно кто я. – ответила тень и незаметно переместилась вправо. – Мне нужен ты. А за твою помощь я тебя награжу.
– И чем же? – Хал помотал головой, пытаясь разогнать дурман, и поднял меч. Клинок был из хорошей франкской стали, с добавлением звездного железа, весь испещрен рунами. Синеватый, на солнце он переливался всеми цветами радуги. Кузнец, у которого был куплен этот необычный меч, утверждал, что тот заговорённый от всякой нечисти.
– Силой. Властью. Знанием своей истинной сути, – тень заклубилась, становясь плотнее. – Ты ведь чувствуешь, что отличаешься от других? Что внутри тебя спит нечто большее.
– Говори яснее, – не опуская меча, Хальгрим пытался отследить передвижение странного собеседника. Получалось так себе. В висках продолжали стучать барабаны, сознание спутывалось, словно он в одиночку выпил бочонок хмельного ромейского вина.
– Новый бог грядет, и старому порядку приходит конец. Слишком долго древние боги правили этим миром, слишком долго держали в узде таких, как ты – тех, в ком течет кровь первородных существ.
– С чего ты взял, что я особенный? – Хальгрим старался не выпускать тень из виду.
– В тебе древняя кровь. Мы её чуем. Она поет для нас песню силы и ярости, – тень придвинулась ближе. – Старые боги прогнили насквозь. Они боятся таких как ты, потому и держат вас в неведении, скрывают вашу истинную природу. А с новым богом придем мы – его верные слуги. Демоны получат этот мир, а такие как ты – своё законное место.