– Ну и чего же мы ждём? – буркнул недовольный Рагнвальд.
– Терпение, мой друг, терпение. – ответил Абдулбари и положил ладонь ему на плечо.
– А вот и наш гвоздь представления. – сказал он, показывая на ворота в противоположном, от балкона, конце зала. Решетка на воротах поднялась и на середину арены вышел рослый, мускулистый воин, ведя Ферглика чуть впереди себя, и слегка подталкивая. Глаза у того были завязаны повязкой. Рагнвальд с Халом с интересом, не отрываясь, смотрели вниз на разворачивающееся действо.
– Ну и куда ты меня привел? Это и есть выход? – сказал Ферглик, после того как они остановились. Стражник рывком сдернул с него повязку. Ферглик немного зажмурился от света, но быстро проморгался и огляделся. Он увидел на балконе стоящего Абдулбари, а рядом с ним его двух бывших соратников, которых он предал.
– Ты что творишь, старик?!!! Где выход? – Ферглик гневно заорал и сделал было шаг вперед, но тут откуда то сбоку его сбил с ног крепкий удар в челюсть.
– Ах ты ж, гад, – Фенгрик начал вставать с пола, сплевывая большими сгустками кровь, и намереваясь задать стражнику, ударившему его, хорошую взбучку. Новый удар в голову ненадолго погрузил его во тьму. Помотав головой, Фенгрик все таки умудрился встать на ноги, сплевывая осколки зубов и утирая разбитые губы рукавом рубахи.
– Ты, вонючий помет вороны! У нас был уговор! – прохрипел он в сторону Абдулбари, уже догадываясь, что живым ему вряд ли получится уйти, но где то внутри все еще теплилась надежда, что его отпустят. Внезапный, третий удар в нос не просто свалил Ферглика на пол, но и заставил лежать некоторое время не приходя в себя.
– Я обещал тебе щедрую оплату и свободу. – слова Абдулбари резали слух. Стражник за шиворот рубахи поднял Ферглика на ноги и встряхнул, чтобы тот окончательно очухался и мог стоять сам.
– Многие могут подтвердить, что я, Абдулбари ибн Дахи, держу свое слово. Поэтому моим подарком тебе станет самая настоящая свобода – свобода от бренности твоей никчемной жизни и ее соблазнов! – с этими словами жрец слегка приподнял руку и резко опустил ее, давая сигнал стражнику. С шелестом сабля вылетела из ножен, и стражник одним ударом подрезал сухожилия на ступнях Ферглика. Тот упал на четвереньки, воя от боли и пытаясь собрать золотые монеты из выскользнувшего из рук, кожаного мешочка. Стражник повернулся и побежал к выходу, так как в противоположном конце арены на небольших воротах начала подниматься решётка. И только он успел закрыть за собой дверь, как на арену вылетело четверо молодых и голодных львов. Увидев ползущего человека и почуяв запах свежей крови, они ринулись к нему.
– Будь ты проклят, старик! – последнее что сказал Ферглик, перед тем как львы добрались до него и начали рвать.
– Предавший однажды, предаст и второй раз. – философски произнес Абдулбари, как бы особо ни к кому не обращаясь. Они втроем: жрец, Рагнвальд и Хал, стояли на балконе и смотрели как львы разрывают свою жертву, отрывая от нее куски мяса.
– Я же говорил что вы не пожалеете, – на этот раз Абдулбари обратился к Рагнвальду, – И повторяясь, приглашаю вас стать моими гостями. Слуги проводят вас, чтобы вы смогли помыться и переодеться, затем покажут вам ваши покои. До встречи, друзья мои. Отдыхайте. – с этими словами он повернулся и вышел с балкона.
Глава 4
– Уже три луны минуло, а мы все еще торчим тут. И ладно бы просто гостили, так нет же, нанялись к этому жрецу в охрану. Зачем ему мы, не понимаю. – Рагнвальд вдохнул горячий воздух и погрузился с головой в воду купальни. Баню, в которой располагалась эта купальня, где они с Халом всегда отдыхали после долгих тренировок, смывая с себя грязь и пот, местные называли хаммамом. Она разительно отличалась от бань на их северной родине. Помещение было просторное. В восточном углу находилась парильня, а рядом с ней, чуть правее расположился небольшой бассейн с фонтаном. По нижнему краю все стены были отделаны мрамором, а верх и полусферический свод над парильней сплошь были покрыты росписями со сценами и изображениями, которые как будто бы сплетались в некий увлекательный рассказ.
– Видимо он чего то боится. – задумчиво произнес Хал, в который раз разглядывая рисунки.
– Ты что то сказал? – Рагнвальд вынырнул, шумно выпуская воздух из лёгких и фыркая как бегемот.
– Да так, ничего особенного. – Хал закрыл глаза и позволил своему телу расслабиться. – Меня до сих пор мучает вопрос, что скрывает великодушный хозяин этого дома, и что за чудовище разметало и сожгло наше войско словно пучок хвороста.