Я совершенно забыла, и теперь в растерянности смотрю на трубку, не зная, что ему сказать...
Глава 8
Глава 8
Медведь
Я смотрю на растерянное лицо Кролика и понимаю – происходит какая-то хрень.
– Алло, –напряженно произносит девушка, и закусывает нижнюю губу, – да, Сень, все в порядке.
Она продолжает односложный, какой-то скомканный разговор, периодически метая в меня обеспокоенные взгляды, и мне все больше это не нравится.
Что там за гриб, вызывающий столько плохих эмоций у Кроля? Неужели ее кто-то обижает?
– Прости, – кладет трубку на стол Маша, и едва слышно выдыхает, явно радуясь быстрому завершению звонка, – на чем мы остановились?
Я слегка придвигаюсь, видя, как действует моя близость на девушку, но совершенно не собираясь что-то менять. Слишком яркие и приятные сигналы ее тела, и без ее четкого «нет» отказываться от них я не намерен.
– Это твой «муж» звонил?
Не знаю, почему, но чуйка подсказывало, что это был именно он.
Они ни разу за все время разговора не обменялись стандартными «целую», «скучаю» и прочей совместной романтической лабудой, но все равно было понятно – это не коллега или подруга. Кто-то настолько близкий, что задал совсем немного вопросов, видимо, итак зная достаточно.
И кто-то, кому ей было неуютно сказать обо мне.
– Да.
Ее короткий ответ как-то царапает, вызывая нечто, отдаленно похожее на ревность. Возможно, потому, что ни хрена этот чувак ей не муж.
А может просто от того, что она оказалась уже несвободна.
– Странные у вас... Отношения.
Кролик хмурится, явно не радуясь моим выводам, и воинственно придвигается ближе. Мне нравится ее строгий, готовый спорить взгляд – и разгорающийся на скулах румянец, явно свидетельствующий о приближающейся атаке.
– Это вы сделали вывод из пятиминутного разговора?! Надо же, да у вас талант – не хотели бы поработать семейным психологом?
От ее ехидства мне хочется приблихиться и посмотреть так, что она наверняка отведет взгляд – смутится, и, как обычно, решит, что это все неправильно. Но мне и впрямь есть что сказать, поэтому просто приподнимаю бровь и стараюсь говорить лишь холодными фактами.
– Ну, во-первых, очень странно от звонка «любимого» мужчины сжиматься до размеров реального кролика и сверлить взглядом трубку, надеясь, что он сбросит вызов. Во-вторых, ты испугалась сообщить ему, что пошла в ресторан с мужчиной вечером. Даже про коллегу не упомянула – так о каком доверии идет речь? Плюс я не увидел на твоем лице ни одной радостной эмоции от этого разговора, что тоже говорит о многом. И самое главное – что там у тебя за мужчина, Кроль, который не спрашивает даже самые банальные вещи о своей женщине?
– Я... О чем вы?
– О боги. Ему что, неинтересно, получила ли ты работу? Как прошел день? Добралась ли домой и успела поужинать? Серьезно, он вообще тобой... Интересуется?
Я не знаю, что именно в моих словах вызвало такую реакцию, но взгляд Кролика резко увлажняется, и она отворачивает лицу, смахивая явно непрошенные слезы. От растерянности я пару мгновений просто зависаю – а затем протягиваю руку, и накрываю ее мелкую ладошку своей.
– Эй, – как можно мягче тянусь вперед, к ней, и радуюсь тому, как благодарно сжались в ответ ее пальцы, – прости, ладно? Это все действительно не мое дело, и если хочешь – я больше не заикнусь об этом. Но я правда считаю, что ты достойна большего. Просто подумай об этом, ладно?
Кролик молчит, и я даю пару минут ей на то, чтобы прийти в себя. Она явно не из тех женщин, что с радостью ревут при свидетелях, давят на жалость или вообще способны открыться при посторонних так быстро.
То, что произошло – действительно неожиданность даже для самой Маши, и, кажется, я задел какие триггерные темы для девушки. Но давить я на них не стану – последнее, чего мне хочется это причинять девушке боль.
Потихоньку я жду, когда Маша оттает, и вот ее лицо расслабляется, а слезы уходят, возвращая девушке самообладание. Я медленно глажу ее пальцы, зная, что в другой ситуации она бы мне этого не позволила, и наслаждаюсь мягкостью кожи.
– Вот, отлично. Смотри, тут осталось еще немного вот этой черной закуски – кажется, тебе она больше всего понравилась...
Мы снова возвращаемся в приятную беседу, едим, пьем легкие лимонады, и я чувствую, что мы как будто стали ближе. Кролик чаще улыбается, более открыто рассказывает о себе – и мне действительно нравится то, что я слышу.