– Мне хочется проводить с тобой время, Кроль.
– Что? И это все?
– Для начала – я считаю, что более чем достаточно.
Я хватаю губами воздух – и отпиваю кофе, чувствую на языке приятно-крепкий вкус.
– Я не об этом! Неужели вы не слышите, когда я говорю, что у меня есть муж... Мужчина! Я живу в гражданском браке. Мы давно вместе, копим на квартиру, обязательно поженимся и у нас все хорошо! Я не буду расходится только из-за того, что вам вдруг стало скучно и захотелось поиграть!
Боже, я действительно все это сказала?
Кажется, это была самая отчаянная и искренняя речь в моей жизни.
Тогда почему следом в горле встает ком, и все дальнейшие слова кажутся... Пустыми?
Стас прикрывает глаза, будто ему больно, но не злится, и даже мягко, одними губами, улыбается. Снова тянет руку и обводит пальцами ручку моей кружки, там, где касалась моя ладонь.
– Ты не так поняла, кажется, Кролик. Я не прошу тебя делать то, что ты не хочешь, И уж точно не сделаю ничего, на что ты не будешь согласна. Пожалуйста, не думай, что я ставлю свои желания превыше твоих.
– Тогда... – я запинаюсь, действительно не понимая, чего же он хочет.
– Твое право – говорить мне нет. Но мое – хотеть быть рядом, сколько это возможно, и хоть немного делать твою жизнь... Проще. И лучше. Что скажешь?
– Я замужем.
Стас снова улыбается, кивает – а я не могу поверить, что такой мужчина, как он, захотел вдруг участвовать в моей скучной и посредственной жизни.
– Это я слышал. Я много чего уже от тебя слышал... Только ни разу ты не сказала мне «нет», Машунь.
Глава 12
Глава 12
Медведь
В больших, сейчас по-особенному ярко-голубых глазах застывает вопрос.
Я понимал, что рискую.
Видеть перед собой женщину, которая впервые за несколько лет не хотела вылезать из мыслей даже ночью, постоянно слышать о том, что она занята и отдать ей сейчас все карты в руки для того, чтоб она смогла меня отшить...
Нет, это слишком даже для такого самоуверенного одиночки, как я!
Но что-то глубоко внутри ело и питало собственное эго, которое упрямо отвергало все страхи, и подсказывало – она не скажет нет.
Маша закусывает губу, отводя взгляд и дрожащими пальцами теребит светлые пряди. Я внимательно разглядываю вполне обычные черты лица, пытаясь понять – чем же она меня так зацепила, и упорно не нахожу.
Пока не нахожу.
– Ты сошел с ума, если решил, что я пойду на интрижку!
Я ни за что не признаюсь, как радостно дергается сердце на ее тихое «тыканье», впервые брошенное в мою сторону. Вместо этого лишь приподнимаю бровь, тщательно контролируя каждую эмоцию.
– Это все еще не «нет», Кролик. А значит, у меня развязаны руки.
Вот куда я ее подталкиваю?..
Она ведь наверняка сейчас предоставит мне огромное «НЕТ» в письменном и устном виде, а судя по взгляду, еще и на морде расчеркнется...
– Ты не сделаешь ничего, на что я не согласна! Сам сказал! Хоть один раз посмеешь распустить руки – я уволюсь и напишу на тебя за домогательства!!!
– Спокойно, спокойно.
Я поднимаю руки вверх ладони, демонстрируя, что не собираюсь причинять ей вред. Где росла эта малышка, если допускает, что я решу зажать ее насильно в укромном уголке?! Меня грызет то, каким чудовищем я кажусь в ее глазах – но также внутри все по-прежнему радостно напоминает – она не говорила «нет»!
– Кроль, расслабься. Я просто обозначаю симпатию. Все остальное – только по взаимному согласию, и, разумеется, никакого насилия. Идет?
– В чем прикол?
Сейчас Маша уже не выглядит сомневающейся.
Напротив, она как-то вдруг резко седлает боевого коня – и придвигается ко мне, наклоняясь над столом.
– А должен быть какой-то «прикол»?
– Ну да.
В голубых глазах, прищуренных и наполненных интересом, отражается намного больше, чем я в состоянии прочесть.
Может, именно это меня так цепляет? Второе дно, до которого мне не выдавали разрешения доплыть...
– Не пойми неправильно, я вовсе не считаю себя... Пустышкой.
Я скрещиваю руки, упираясь на локтях – вот это уже любопытно.
– Но давай не будем делать вид, что оба ничего не понимаем. Нам уже давно не по шестнадцать. Зачем такому мужчине как ты, – Кроль неопределенно машет на меня ладонью, будто итак понятно, что она имеет в виду, – понадобилась такая, как я?
На этом месте ее голос совсем слегка – почти незаметно – ломается, и я бы не заметил, не вслушиваясь в каждую ноту.