– По какому поводу слезы?
Его строгий голос – совершенно не такой, как у Сени.
Я на автомате отмечаю это, потому что при разговоре с Сеней мне было страшно только за себя. А сейчас я опасаюсь только за того, на кого упадет гнев Медведя из-за моих слез.
От этого осознания почему-то становится еще более грустно, и я шмыгаю, совершенно по-детски утираясь рукавом.
– Так.
Меня подхватывают подмышки – и одним движением садят на стол. Я даже охнуть не успеваю – как мужчина опирается ладонями по обе стороны бедер, и смотрит пристально, так, что мне становится трудно дышать.
– Кто тебя обидел?
– Никто...
Это правда. разве что мои собственные ожидания. Но в этом никто, кроме меня, не виноват.
– Машунь.
Мягкий голос обволакивает, и хочется притянуться поближе, как-то привычно уложив голову к нему на грудь, и потереться о белую рубашку носом. Я до того ощущаю все эти движения, будто проделывала такое сотни раз – и каждый из них приносил облегчением и снимал все тревоги.
– Меня правда никто не обижал, – вместо всего шепчу я, облизывая соленые губы, и взгляд Медведя замирает на них.
– Тогда почему все лицо мокрое? – с неподдельной тревогой спрашивает Станислав, и я держусь из последних сил, готовая поддаться и сама прибиться к этой заботе.
– Ну так... Знаете... Женское, – отмахиваюсь я, и про себя думаю, что никогда не лила слезы из-за чего-то «женского».
Стас смотрит мне прямо в глаза, «ощупывает» все лицо, явно пытаясь найти там проблески лжи. Но, наконец, кивает – и чуть-чуть отодвигается, давая мне пространство дышать.
– Я могу тебе как-то помочь с этим? – немного растерянно спрашивает мужчина, и от щемящей нежности и не могу сдержать улыбки. – Ты обедала?
Отрицательно мотаю головой, и Стас недовольно хмурится. Берет меня под локоть, и помогает слезть со стола, на котором я вполне удобно устроилась.
– У нас есть совсем немного времени, но успеем поесть в моем любимом ресторане. Поехали.
Я не в силах сопротивляться.
И этот мужчина, я просто уверена, не примет ни одного отказа.
Мы покидаем переговорную, и я оставляю в ней слабо пищащий голосок совести, напоминающий о данных себе утром обещаниях.
Глава 14
Глава 14
Медведь
Ни хрена ведь Кроль мне не расскажет, хоть бейся лбом с размаху в этот закаленный, стеклянно-ледяной взгляд.
Там, сидя в переговорной, когда Маша подняла голову и смотрела на меня широко-распахнутыми по-детски влажными глазами я подумал, что сумею.
Что меня пустят через «двойную стену» и признаются, с чего разревелась посреди рабочего дня.
Но уже в машине Маша собрана, спокойна, уравновешенна, а о былом инциденте напоминает лишь слегка бледная на лице кожа.
Мне капец как не нравится ее отстраненность.
Но еще больше все внутри сжимается от вида слез, и желанию убить любого, кто сумел побывать этим слезам причиной.
– В это заведении сезонное меню, и осенью невероятно вкусный тыквенный суп. Также рекомендую десерты – они здесь всегда великолепны.
Маша кивает, просматривая меню, а я не могу оторвать глаз от девушки. С каждым днем я все больше «влипаю» в совсем не рекламную красоту, и поражаюсь, как мог не замечать ее раньше.
– Даже не догадывался, что у тебя на носу есть пара веснушек.
Маша вздрагивает, и рефлекторно дергает руку к лицу. Улыбается – и пожимает плечами, вытягивая из меня улыбку в ответ.
– Всего пара штук. Обычно люди не замечают...
– Я заметил.
Да.
А еще немного пушащиеся волосы у висков, трещинки на губах, пару «улыбательных» морщинок у глаз, и небольшую родинку прямо на срезе лица к подбородку.
Правду говорят, влюбляются не в красоту – в изъяны.
Кролик опускает взгляд, и как раз приносят заказ. Мы едим, и девушка старательно занимает паузы беседой о работе и предстоящей встречей.
Мне не нравится, что мы тратим время не на то, ведь завтра вечером она уже уезжает. Но как свернуть и выудить вместе хотя бы сегодняшний вечер – я не знаю.
И здесь дело не в нерешительности, а в том, что я не хочу давить на Машу и тем более пугать ее.
В итоге беседа заканчивается вместе с едой, и я снова угрожающе спорю на ее попытки делить счет. Мне, в общем-то, похрен кто там за кого платит – у меня не отвалится член, если меня угостит женщина.
Но на кой черт, если я объективно могу позволить себе больше, чем ее скромные доходы?