– Если ты сейчас...
Она перестает метаться, расслабляется, льнет ко мне – и я умираю рядом с тонким дрожащим телом, которое сам хочу целовать и гладить до рассветных лучей на нем.
– Если ты сейчас меня не трахнешь – у тебя не будет второго шанса, Мишка.
Мишка.
Блять, только она могла превратить мою фамилию вот в это.
И только она может после метаний и истерики сейчас смотреть на меня вот так – прямо и ясно, словно лучше нас двоих понимает, как все непросто.
– Машунь...
Я тяну пальцами по ее коже, вызывая легкие постанывания, и буквально тащусь от такой чувствительности. Как она будет стонать, когда окажется под моим ртом?
Наверняка так, как мне бы хотелось.
– Ну что ты, Мишка? Не... Не хочешь меня?
Это уже слишком.
Именно такое я видел в том растерянном взгляде – а потому немедля беру ее ладонь, и прижимаю к своему паху.
Она должна знать, что дело точно не в отсутствии стояка на ее роскошное тело.
Скорее, проблема в тех разговорах, что уже успели произойти между нами.
– Не смей верить в ту ересь, что гоняешь в голове, – шепчу в ее приоткрытые губы, и тяну отборную брань от движений ее пальчиков по жесткой ширинке, – это не так, Маш. Правда в том... Мне тебя мало на одну ночь.
Голубые глаза распахиваются, сильнее оголяя ту девочку, что я так люблю там видеть – настоящую, живую, сомневающуюся и по-детски наивную, не доверяющую ничьим словам...
Но в то же время с каким-то неизмеримым желанием довериться мне.
– Я заму...
– Ты не замужем. – Видит бог, как я старался говорить эту фразу помягче! – Ты живешь с мужчиной, который тянет с предложением, не заботится, где ты, и добралась ли до отеля. Я не знаю, как у вас там по мелочам, но с такими проебами он уже тебя не достоин, Кролик.
Маша замирает – и я облегченно чувствую, что ее нацеленность на страстную ночь отступает, и на смену приходит понимание. Мне хватает этой паузы – и я успеваю подхватить девушку на руки, унося на свою постель.
– Моя футболка, она отлично подойдет, чтоб ты не помяла платье, – достаю из шкафа чистую вещь, и отдаю растерянно моргающей Маше, – переоденься, а я заварю нам кофе. Хороший, а не как из бара...
Я специально оставляю ее одну на пару минут. Кажется, сейчас Маша максимальна честна с собой и готова открыться – а для этого не нужна спешка.
– Черт. Думал, круче чем в этом платье не будет, но ты определенно была рождена для моих футболок...
От этой фразы переодевшаяся Маша вздрагивает, отворачивается от окна – и кусает губу, глядя на меня с двумя чашками кофе.
– Я... Спасибо, Стас.
– «Мишка» тоже можно, но только когда мы вдвоем. Не за что.
Мы садимся друг напротив друга, медленно попивая обжигающий напиток. Маша пьет медленными глотками, то и дело бросая на меня по-особенному теплые взгляды – а я ловлю каждый, с трудом вспоминая, что нужно говорить.
– Маш... Как ты?
– Стыдно и... Не понятно.
Улыбается, поправляет прядь, и от горячего кофе тонкая кожа покрывается розоватым румянцем. Никогда еще я не видел такой красивой женщины напротив – и дело было не только во внешности, а во взглядах, запахе, и щекочущему настроению между нами.
– Стыдиться нечего. Я правда хочу тебя, это взаимно, но... еще больше я не хочу, чтоб ты исчезла с чувством вины, и мы никогда больше не смогли поговорить... Вот так, без лицемерия и тайного прошлого. Мы взрослые свободные люди.... Не спорь, свободные. И я не хочу кусочек пьяной Маши, которая решила сорваться с собственного поводка, чтобы потом думать, будто была права, и мне был нужен только разовый секс. Нет.
Маша сглатывает, и я вынимаю из ослабевших пальцев кофейную чашку, ставя посуду на стол. Склоняюсь, сжимая уже привычные маленькие ладони, и даже сейчас удивляясь их прохладности.
– Мне нужна ты целиком, Маш. Не обещаю любовь навеки, но давно ни с кем так не хотел даже попробовать – а с тобой хочу. Пиздец как хочу. И если есть шанс нам быть вместе, я его использую по полной, хорошая. Пока не увижу, что тебе самой это не вкатывает ни к черту.
Я выдыхаю, ни на миг не отводя взгляд.
Знаю, что веду себя как горячий подросток и ныряю, как в море с головой – но ловлю каждую эмоцию и реакцию, надеясь, что Маша правильно все поймет.
Я готов взять ответственность за каждое слово.
Готов попробовать с Машей все то, что может быть между двумя взрослыми людьми.
И реально тупо хочу делать ее счастливой... Кайфуя от каждой улыбки и вот такого теплого на меня взгляда.
– Стас...
Я знаю, что она скажет.
Замужем, слишком быстро, мы знакомы всего ничего, работаем вместе, с разных городов и вообще все вот это, что правильно и беспощадно.