– Ты в курсе, что скоро переедешь, и тебе уже от меня не спрятаться? – грохает мне в спину недовольный бас, а я с широкой улыбкой лезу под горячую воду.
Боже, это вот я могу быть такой счастливой и не умирать от каждодневной рутины заранее спланированной жизни?
Какой кайф!
В гостинице, куда меня поселили от работы, я наскоро складываю нехитрые вещи, пока Стас решает какие-то дела по телефону. Краем глаза не устаю на него смотреть – мне действительно достался вот этот хмурящийся мужчина два метра ростом, которого любая здравомыслящая женщина будет обходить стороной?
В какой храм поставить свечку за свое везение?
– Ты готова? Нужно ускориться.
Стас оглядывает мою дорожную сумку, куда я как раз запихивала платье, в котором вчера приехала к нему. Протягивает руку, и ведет по мягкой ткани рукава, о чем-то явно размышляя в этот момент.
– Почти. Но мы, вроде, не опаздываем.
– Да, просто хочу, чтоб ты поела перед вылетом в нормальном месте. Едем?
Что вообще происходило в моей жизни до вот этого всего, если я готова расплакаться от одной простой фразы?
Я киваю, и разрешаю Стасу подхватить собственную сумку, покидая следом за ним номер.
В кофейне мы садимся у окна, и официант, поторапливаемый Стасом, приносит две порции вкуснейших сырников на рисовой муке. Я рассеянно ем, глядя в окно на оживленную улицу, и размышляя, как меня угораздило за пару дней влюбиться в Питер.
В Питер?
– Всё в порядке?
Большая рука Медведя накрывает мою, и я смущенно опускаю голову, понимая, что он всё это время смотрел на меня. Какие у него глаза... И почему от почти светящейся в них заботы в горле снова ком?
Приходится кивнуть, и оглянуть в поисках кофе. Стас поясняет, что попросил приготовить напитки с собой, и в этот же момент нам приносят два закрытых стакана для кофе.
Мы покидаем уютное место, и, хотя мне до боли не хочется уезжать из этого города, внутри всё как будто кипит от желания быстрее оказаться в Москве.
Поговорить с Сеней. Обнять на прощание родителей. Собрать вещи, и...
– Ты ведь не передумаешь?
Слова, сказанные перед самым прощанием, отзываются болью где-то меж ребер, и я сильнее притискиваюсь к обнимающему меня Стасу.
Хочется говорить, глядя ему в глаза.
Но ещё больше не хочется от него отлипать.
– Прости, что спрашиваю о таком, Кролик. Собственно, у меня в жизни до твоего появления тоже творилась какая-то хрень...
Я слегка улыбаюсь на слове «тоже», которое Стас употребляет, мало что зная о моей жизни в Москве, но удивительным образом попадая в цель. Затем с беспокойством всё же поднимаю голову вверх – мне не нравится, что у моего большого мужчины неприятности.
– Я, скорее, про внутреннее состояние, – успокаивающе гладит по голове Стас, и тут же прижимается щекой к моей макушке, – просто знай, если ты затрусишь и передумаешь... Я лично за тобой приеду.
– Тиран!
– Вовсе нет. Просто вижу, что тебе тоже это необходимо. Но если ты скажешь... – Голос Медведя становится серьёзным и таким... Проникновенным, что я снова ерзаю в его руках, – если скажешь, что ты больше не хочешь быть со мной, то я отстану. Не хочу быть гребаным маньяком, преследующим тщедушного Кролика.
– Эй!
Я смеюсь над тем, как он треплет меня по голове, а затем быстро, как будто сейчас отберут, притискивает и целует. В губы, посреди аэропорта, из-за роста и объятий даже немного отрывая мои ноги от пола и не обращая внимания ни на кого вокруг.
А меня пробивает током от хлещущих внутри чувств, и только одна мысль бьется на краю одурманенного сознания:
«Ничто не заставит меня передумать. Ничто».
Автор приостановил выкладку новых эпизодов