Я поднял голову — два потока энергии встречались прямо над нами, позволяя воочию увидеть результат божественного противостояния. Белоснежная сфера, похожая на комок снега, увеличивалась с каждым биением сердца, угрожая достичь критической массы и поглотить нас всех.
Стоп… Две противоположные энергии стремятся уничтожить друг друга. Демоническая и драконья. Где-то такое я уже встречал, правда, там мне пришлось выступать в качестве громоотвода. Мысль о том, как поступить, возникла мгновенно. Вот только выполнить задуманное я решил не один. Если и погибать, а иного пути я не видел, тёмный тотем пойдёт ко мне. Моим жёнам такой сосед не нужен.
— Месть подождёт, — прорычал я, подбежав к тёмному тотему. — У нас ещё есть незавершённое дело.
— Дело?! — огрызнулся Ишар-Мор и даже попытался меня ударить, но золотистая защита никуда не делась.
— Дело, — подтвердил я, после чего сграбастал тёмного и на ходу создал глайдер. Мне не требовалось что-то уникальное или быстроходное. Достаточно было движения по вертикали. И, прежде чем Ишар-Мор смог воспользоваться близостью к моему телу, я рванул наверх.
Туда, где зарождалась частичка антиматерии.
Боги не обратили на двух мушек никакого внимания — они сражались друг с другом за главенство над планетой. О том, что может произойти с минуты на минуту их не волновало. Подумаешь, мир превратиться в «ничто». Им, бессмертным сущностям, от этого будет ни холодно, ни жарко. Зато противнику не поддались и отстояли свои границы. Хорошо быть богом. Другими критериями мыслишь. Если вообще мыслишь. Как показывает практика, бессмертие накладывает определённый отпечаток. Гасат-Сур тому в подтверждение.
— Ты что творишь? — Ишар-Мор осознал, что я задумал, но слишком поздно он это сделал. Он даже использовал способность прыжка, пытаясь убраться куда-нибудь в безопасное место, но тоже сделал это слишком поздно. В тот момент, когда он начал превращаться в дым, мы влетели в место пересечения двух потоков энергии.
Даже не знаю, каким образом нам удалось выжить в первые мгновения. Вокруг меня образовалось уже знакомое золотистое поле, защитившее от первого удара чужеродных энергий, но оно продержалось недолго. Ровно столько, сколько потребовалось мне для того, чтобы вобрать в себя белый шар и оба потока божественных энергий и, чего греха таить, передать это всё Ишар-Мору. Потому что самостоятельно справиться с такой силой я не мог — её было слишком много, и она была слишком «чужой». Что касается тёмного, то объяснить природу его выживаемости я не мог — Ишар-Мор вернул себе плотность, не сумев сбежать через телепортацию и заорал, разбираемый невероятной силой. Но и здесь моё тёмное воплощение показало себя с лучшей стороны — вместо того, чтобы взорваться на мириады мелких частей, он сумел не только впитать переданную мной энергию, но и каким-то образом её перерабатывал, отдавая миру радужную пыльцу. Она ринулась во все стороны в виде огромнейшего облака, окутывая пространство в своеобразную сферу.
Сколько так продолжалось? Вечность? Возможно — от вливающихся потоков силы я несколько раз терял сознание, заживо сгорал и тут же возрождался вновь. Вокруг меня то и дело образовывалось золотистое сияние, раз за разом сметаемое усилиями богов. Ишар-Мор перестал орать. Возможно, напрочь сорвал голосовые связки, если они вообще есть у тотемов. Ситуация складывалась крайне тяжёлой и, признаюсь, я сдался. Сделав очередное усилие, я сдвинулся чуть в сторону, переводя Ишар-Мора в точку пересечения энергий. Это было последнее, что мне удалось сделать перед тем, как окончательно потерять сознание. Момент, когда я рухнул на землю, я уже не помнил. Единственное, о чем успел подумать — пока жив Ишар-Мор, нашему миру ничего не грозит…
— Знаешь Лег, я планировал всё немного иначе, — из небытия меня вывел знакомый голос. С трудом открыв глаза, я уставился на необычное зрелище — в небе висел Ишар-Мор, раздавая этому миру радужную пыльцу. Её было настолько много, что пространство не справлялось с поглощением — на камнях уже образовался достаточно толстый слой вещества. Но не это удивило меня больше всего — личность того, кто меня «пробудил». Рядом обнаружился Шавер-Кан собственной персоной. Гоблин сидел на камнях и, как и я, смотрел вверх. Каким-то образом старый шаман заметил, что я уставился на него и усмехнулся:
— Планировалось, что три истинных мага путём героических усилий и невероятной силы воли смогут стать перегонным кубом двух божественных сил, даровав тем самым всему миру покой и благоденствие. Заодно избавив планету от магии во всём её проявлении. О том, что ты подставишь под удар свою тёмную сущность, я даже не предполагал. Хотя, признаю, вышло ещё лучше — в отличие от тебя, Ишар-Мор не имеет телесной оболочки и мне не придётся тратить вечность, чтобы постоянно защищать его от пагубного влияния Башорга или Зверя. Система стабилизировалась, а твоё тёмное воплощение обрело, наконец-то, то, ради чего оно страдало две тысячи лет. Ишар-Мор обрёл свободу.