Здесь необходимо отметить, что предшественник Д. А. Медведева, имя которого мы по-прежнему не разглашаем по правозащитным соображениям, кощунственно утверждал, будто на президентском посту работал «как раб на галерах». Что, впрочем, в достаточной мере объяснимо: до исторической победы Д. А. Медведева, сопряженной с прорывом в области прав человека и становления гражданского общества, всякий россиянин мог ощущать себя разве что рабом. То ли дело теперь!
Также представляется необходимым уже сегодня резко интенсифицировать работу в сфере присуждения Д. А. Медведеву Нобелевской премии мира за заслуги по предотвращению тоталитарного переворота РФ и отстранению от власти «силовиков». Важно дать вышеупомянутым институтам гражданского общества (ИГО), в первую очередь ОАО «Газпром», указание предоставить Нобелевскому комитету все необходимые для принятия верного решения материально-технические ресурсы.
Виктор Милитарев
БОЛЕЕ БЕЗЗАКОННОЕ, ЧЕМ ПРИ ЦАРЯХ, МЕНЕЕ ДЕМОКРАТИЧЕСКОЕ, ЧЕМ ПРИ КОММУНИСТАХ…
Спор горлумов между собою
Итак, свершилось. Наша страна в очередной, уже третий за последние 20 лет, раз вступила в период двоевластия. Поскольку Россия уже много веков управляется Монархическим Архетипом и Эгрегором Священной Власти, то периоды двоевластия у нас кратки и неустойчивы.
Ситуация двоевластия в России может иметь всего два исхода. Исход первый, наиболее вероятный — побеждает Первое Лицо. То есть, в наших условиях, Дмитрий Анатольевич Медведев. Исход второй, маловероятный, но всегда возможный — происходит Смена Режима. Ну как в ноябре 17-го и ноябре 91-го.
Относиться к описанным выше Константам Российской Истории можно по-разному.
Александр Проханов балдеет от Монархического Архетипа и Эгрегора Священной Власти и прямо-таки молится на них. Станислав Белковский с некоторой отстраненностью холодно констатирует: нам эти Константы могут нравиться или не нравиться, но мы от них никуда не денемся. Они есть, и все тут. Так что, приходится играть с тех карт, которые сданы. Если, конечно, вы хотите именно играть, а не мечтательно ковырять в носу.
У меня лично Священные Константы вызывают бешенство и отвращение. Ведь это же ужасно мерзко, понимать, что твой народ стерпит любого правителя, как бы он его ни грабил и ни унижал, если только этот правитель верно соблюдает монархический ритуал и, по крайней мере, не жрет маленьких детей. Но я не хуже Белковского понимаю, что играть, действительно, можно только с тех карт, которые сданы. И как бы ты ни относился к Папаше Дра-Дра, но пока ты не имеешь возможности замочить блядское пресмыкающееся в сортире, будь любезен считаться с фактом наличия присутствия Триглавого. Пока Кузнецы не сковали Меч.
Впрочем, и в этих условиях кошачья тактика «всем-всем расскажу, старый ящер!» остается вполне себе продуктивной. И не лишающей надежды произнести в Надлежащий Момент финальное «ужо тебе!».
Вернемся, однако же, к нашим баранам. То есть к демонам российской государственности и их человекоорудиям.
Как бы кратки и неустойчивы ни были периоды двоевластия, они всегда являются периодами расширения возможностей и даже, в некотором смысле, Периодами Елобального Поумнения. Разумеется, в масштабах отдельно взятой страны. Начинает попахивать возможными бифуркациями и даже возможностью перехода на иной тип эволюционного развития.
Правда, до сих пор ни разу не вышло, но надежда, как говорится, умирает последней.
Это в общем историософском плане. А экзистенциально-субъективно я до сих пор вспоминаю два прошлых двоевластия как самые счастливые годы своей жизни. Тогда казалось, что ты нужен своей стране, можешь пригодиться, а может быть, даже и способен изменить нашу общую судьбу к лучшему.
При этом нынешнее двоевластие, кажется, обещает нам больший личностный комфорт, чем в прошлые разы. Потому что ни я, ни мои друзья, соратники и единомышленники не имеем никаких оснований испытывать какие бы то ни было симпатии ни к одной из двух Высоких Борющихся Сторон. Так что, в этом смысле, будучи избавлены от болелыцицких симпатий, избавлены, тем самым, от раздражения и разочарования, возникающего при созерцании глупости и хамоватости действий Своей Стороны. Как это было в случаях с Горбачевым и Верховным Советом.
Впрочем, здесь иногда случаются и всяческие чудеса. Кто бы мог подумать, что Руслан Хасбулатов еще в сентябре 91-го злобно оттаптывающийся на «советских», вызывая тем самым неподдельную овацию демшизы, уже в феврале 92-го сможет оказаться лидером народного сопротивления «радикальным реформам». Симпатии к нему у меня с сентября по февраль ни прибавилось — как был он хамом, так и остался. Но уважение все-таки появилось. Точно так же невозможно исключить, что в схватку диадохов за ельцинское наследство не вмешается Божественный Промысел, и кто-нибудь из борющихся между собой ельциноидов не перейдет на сторону народа.