В тот же миг четверо медведей ринулись на добычу и, мгновенно порвав ее на куски, жадно проглотили. Намак беспомощно смотрел на них и рычал, оскалив зубы, но что он мог поделать? Сгорбив плечи, старик снова поплелся в воду.
— Вот и правильно, старый дурень! — проорал ему вслед один из обидчиков. — Поймай нам еще одну рыбку!
Дрожа от негодования, Каллик побрела прочь от озера. Она не станет ловить рыбу, чтобы кормить Таккика и его поганых дружков! Ворча себе под нос, Каллик отправилась в заросли кустарника, где медведи объедали листья и ягоды. Облюбовав кустик в тихом месте подальше от остальных, Каллик принялась без всякого аппетита обрывать чахлую листву, мечтая о том, чтобы она превратилась в сочную рыбу. Она как раз разжевывала первую порцию, когда вдруг услышала шорох приближающихся шагов и замерла, узнав голос одного из друзей Таккика.
— Ну вот, нормально. Тут нас никто не услышит.
Каллик осторожно выглянула из-под куста. Четверо медведей расположились неподалеку от нее, ломая ветки кустов, чтобы устроиться поудобнее. Они тоже обкусывали листья, но тут же брезгливо сплевывали их на землю.
— Это хуже гнили, — взвыл один из них.
— И не говори, Маник, — поддержал второй. — Это еда не для медведей!
— Какой прок от жалоб, Икалик? Мы все подохнем с голоду, если не придумаем что-нибудь, — проворчал третий. Он был крупнее остальных, с широкими плечами и неприятной узкой мордой. — Тут еды нет, это ясно. Если мы сами не можем ничего поймать, придется раздобыть другим способом.
— Но, Салик, где мы можем ее раздобыть? — возразил Таккик. — Эти тощие медведи не могут достать никакой нормальной еды! Они только и умеют, что хныкать и просить солнце уйти!
— Пища должна быть в лесу, чуть дальше по берегу, — прорычал Салик. — Там наверняка полно дичи, корешков и разных ягод. Те медведи едят куда лучше, чем мы.
— Ага, — закивал Маник. — Несправедливо, что мы тут должны голодать, пока они набивают себе брюхо!
— А я о чем говорю? — самодовольно рыкнул Салик, который, видимо, был у них главным. Он наклонился к друзьям и злобно сощурил глаза. — Мы должны положить конец этой несправедливости. Давайте нападем на тех медведей и прогоним их прочь! А сами захватим их еду и их территорию.
Каллик в ужасе слушала их разговор. Напасть на других медведей? Украсть всю их еду, прогнать из родных мест? Таккик не может принимать в этом участие!
Но не успела она открыть рот, чтобы крикнуть брату, как услышала громкие шаги еще какого-то медведя. Повернув голову, Каллик увидела взрослого медведя, приближавшегося к Таккику и его дружкам.
— Это что же такое я слышу? — проревел медведь. — Хотите напасть на лес? У вас что, в голове перья вместо мозгов?
— Вали отсюда, старый гусак, — лениво огрызнулся Салик, нагло глядя на старшего медведя. — Тебя это не касается.
— Это касается не только меня, но всех белых медведей! — возразил тот. — Как можно красть чужую еду? Как можно нападать на других медведей? Разве вы забыли, что сегодня Самый Долгий День?
Его громкий крик привлек внимание других белых медведей на берегу, и они начали по одному подходить ближе, прислушиваясь к разговору. Вскоре Таккик и его друзья оказались в плотном кольце потрясенных и взволнованных сородичей.
— Что тут происходит? Что они говорят?
— Вы не можете этого сделать! Вы должны уважать наши обычаи!
Каллик тихонько выскользнула из-под куста и протиснулась в плотную толпу медведей.
Салик и старый медведь злобно глядели друг на друга, словно в любой момент готовы были сцепиться. Таккик и двое других дружков сбились в кучку и негромко рычали, затравленно озираясь по сторонам.
— Неужели у вас нет никакого уважения к традициям белых медведей? — раздался высокий дребезжащий голос. Медведи расступились, пропуская Сикиник. Она была стара, худа и космата, но глаза ее полыхали сильным и яростным огнем. — Неужели вы не знаете, что это день священного перемирия, когда мы воздаем почести ледяным духам? Именно для этого мы все приходим к берегам Медвежьего озера, и поэтому здесь мы не должны ни сражаться, ни воровать еду у других медведей!
Салик запрокинул голову и презрительно расхохотался.
— Всякий разумный медведь знает, что никаких духов не бывает! Пугайте глупых медвежат этими сказочками, а мы живем своим умом.
— Вот именно! — поддакнул Таккик. — Мы не верим в эти глупости!