«Если я заберусь на эту вышину, то смогу увидеть Мики!»
Повнимательнее присмотревшись к постройке, Луса поняла, что гладкие отвесные стены не позволяют забраться на нее снаружи, зато внутри виднелся крутой, но удобный подъем с площадками для лап. Правда, отверстие внутрь было достаточно узким, но Луса была уверена, что сумеет в него протиснуться.
«Ага, кажется, это уже что-то!»
Повернувшись к Каллик, Луса быстро спросила:
— Мики бежать может?
— Наверное. Когда я видела его в последний раз, он был довольно прыткий.
— Отлично. Значит, вот что мы сделаем. Если Мики еще там, я отыщу какое-нибудь укрытие неподалеку от этой башни, и…
— Тебе придется как следует спрятаться, — перебила ее Каллик. — Если Таккик тебя заметит, он тебя тоже схватит!
— Значит, надо постараться, чтобы не заметил, — со смесью страха и решимости ответила Луса. — Когда я жила в Медвежатнике, мама говорила, что я могу спрятаться даже в тени!
Тревога не исчезла из глаз Каллик, но Луса была благодарна белой медведице хотя бы за то, что она не стала приставать к ней с расспросами о Медвежатнике. Честно говоря, ей уже порядком надоело объяснять, где именно она провела младенчество.
— А мне что делать? — спросила Каллик.
— Ты должна будешь сказать Мики, где я прячусь, а потом постараться отвлечь Таккика и его друзей, чтобы Мики успел добежать до этого места. Когда он будет в укрытии, я выбегу и помчусь сюда. Таккик и его друзья примут меня за Мики и бросятся в погоню, а я заберусь вот на эту вышку!
Каллик изумленно поморгала.
— Но это же постройка плосколицых!
— Ну и что? — беспечно пожала плечами Луса. — Плосколицые совсем не такие плохие, как кажутся. По большей части.
— А если Таккик тебя поймает?
«Он порвет меня в клочья». Луса поморщилась, живо представив, как острые когти вонзятся в ее шкуру. Панический страх уже готов был сдавить горло, но Луса справилась с собой.
— Не поймает. Он слишком большой, чтобы протиснуться в это отверстие, но даже если ему это удастся, я буду уже высоко. Черные медведи лазают быстрее всех. — «По крайней мере, так говорил Кинг. Хотя, откуда ему было знать, как лазают белые медведи? Может быть, они еще проворнее? Вон как они белку недавно сцапали — она только пискнуть успела!» — Пока Таккик будет гнаться за мной, Мики убежит в лес.
— Надеюсь, это сработает, — с сомнением в голосе протянула Каллик.
— Я тоже надеюсь.
Со вздохом Каллик сделала несколько шагов вперед и встала на задние лапы, чтобы лучше видеть, что творится за скалами.
— Он тут, — буркнула она, кивая мордой вниз.
Значит, надежда на то, что Мики благополучно вернулся в лес, провалилась. На дрожащих лапах Луса подошла к скале и вспрыгнула на камень рядом с Каллик.
Внизу она увидела огромное скопление белых медведей. Судя по оглушительному реву, рычанию и ворчанию, спор был в самом разгаре. Луса вытянула шею и насторожила уши, чтобы разобрать, о чем идет речь.
— Да вы с ума сошли, что ли? — орал молодой медведь. — Вы же не собираетесь на самом деле перебраться в лес?
Старый белый медведь покачал головой:
— Нет, конечно. У этих молодых дуралеев в головах тюлений жир вместо мозгов. Белые медведи вымрут от голода до того, как сумеют прибрать к лапам пищу черных!
Несколько медведей встревоженно переглянулись, но тощая медведица с маленьким медвежонком, испуганно жавшимся к ее боку, мрачно кивнула головой.
— Охотники убили Силалюк, но она все равно каждый год возвращается к нам. И мы должны делать то же самое — верить, что лед вернется, и у нас снова будет вдоволь еды! — Тут медвежонок с писком замолотил ее лапами в живот, ища молоко, и мать наклонилась его утешить.
Вперед вышел широкоплечий медведь со шрамами на морде.
— Даже если мы решим держаться подальше от леса, то что нам делать с этим черным медвежонком?
Медведи растерянно переглянулись, а некоторые пожали плечами, давая понять, что судьба Мики их нисколько не касается.
— Сикиник, наверное, что-нибудь придумает, — решил какой-то пожилой медведь. — Спроси у нее, Куник.
— Я слышала вопрос, — раздался скрипучий недовольный голос, и Луса увидела вышедшую из толпы дряхлую белую медведицу с ввалившимися боками и торчавшими наружу ребрами.
— Это Сикиник, наша старейшая медведица, — шепнула Каллик.
Сикиник медленно обвела взглядом собравшихся вокруг нее медведей, которые смотрели на нее с затаенной надеждой, будто ждали, что старуха сейчас кивком носа избавит их от Мики.