— Заругает, — девочка грустно опустила голову, — я только сказать хотела. зря вы сюда пришли, плохое это место. Уходите, пока не поздно.
Резко развернувшись, она убежала в сторону своего дома, а мы с Соней удивленно переглянулись.
Было неясно, то ли Иришка говорила о всей деревне в целом, то ли о Татианином доме в частности. Сорваться сейчас с места было невозможно, но от ее слов стало не по себе. По телу забегали мурашки, и больше всего на свете захотелось оказаться в крепких объятиях сильно вербера, рядом с которым я забывала обо всем на свете.
Глава 21
Прокрадываясь на цыпочках обратно в комнату, я молилась про себя, чтобы Ратко уже спал и мне не пришлось неловко переодеваться и устраиваться рядом с ним на кровати, но надеждам не суждено было оправдаться.
Не успела я осторожно проскользнуть внутрь, как чуть не врезалась в каменную грудь. Меня тут же заключили в крепкие объятия, но кричать не было смысла. Ноздрей коснулся присущий только верберу, запах кедра, и все пространство вокруг окутала исходящая от него аура силы. Тот страх, что нагнала на меня соседская девчонка испарился как по мановению волшебной палочки, и я наконец-то смогла расслабиться.
А бугай и не думал отпускать. Застыл, уткнувшись в мои волосы, прижимая к себе, но не сильно, видимо, чтобы не причинить боль. Даже штаны на себя натянуть не удосужился, так и оставшись в одних боксерах и, судя по всему, караулил меня прямо за дверью.
— Ты задержалась, — хриплый шепот, раздавшийся в темноте, заставил меня вздрогнуть от неожиданности.
— Но мы не оговаривали время, и я была не одна, а с Соней.
— Я слышу учащенный пульс. Тебя кто-то испугал? — хотелось сказать «ты», но это было бы неправдой.
Больше всего сейчас меня пугала реакция моего предательского тела на шикарного мужика, который, по всей видимости, имеет на меня какое-то магическое воздействие. В его обществе я превращалась в озабоченную нимфетку, и настоящий момент не был исключением.
Чтобы хоть как-то отвлечься, я вспомнила об Иришке.
— За нами подглядывала соседская дочка. Я сначала решила, что ее заинтересовали незнакомцы, прибывшие в деревню, но это не так. Она хотела предупредить нас, чтобы мы уносили ноги из этого плохого места. Не знаю, что она имела в виду, но мне стало не по себе.
— Хороший совет, но нам придется ненадолго задержаться. Я все еще агент Трибунала и, если здесь происходит какая-то гребанная чертовщина, мне нужно с ней разобраться. Тебя я одну отпустить не смогу, так что с остальными посидишь завтра в доме, пока я пройдусь по местным жителям…
— Но, Ратко, это может быть опасно! — страх за него заставил меня оцепенеть, и только мысли понеслись вскачь, в надежде придумать хоть какой-то способ заставить вербера уйти вместе с нами из этой деревни, — и как же эффект бабочки?
— Что? — красиво очерченный рот скривила недоверчивая ухмылка.
— Эффект бабочки! Изменишь что-то здесь, и это окажет неисправимый эффект на наше настоящее. Ты об этом не думал? Вдруг мы вернемся в будущее, а там жуки-мутанты захватили землю? Или.
— Малышка, — еле сдерживаясь, чтобы не заржать в полный голос, остановил меня Ратмир,
— ты пересмотрела фантастики. Здесь умирают люди, и в этом замешены существа, а значит я должен разобраться.
— Тогда я пойду с тобой!
— Только через мой труп, — глухо рыкнул он, тут же став серьезным, — ты останешься под присмотром воеводы, я с ним договорюсь. И попробуй хоть шаг сделать из этого дома, я вернусь, и ты очень пожалеешь.
— Переживаешь, что придется отчитываться перед моим отцом? — не смогла не подколоть его я, но на всякий случай затаила дыхание, чтобы не пропустить ответ.
— Думаешь, дело все еще в твоем отце? — невозмутимо поинтересовался Ратмир.
Голос был ровным, но сверкнувшие в темноте глаза выдавали его эмоции, которые я, кажется, научилась различать по чуть заметным признакам. Вот сейчас он злился. Нет, не на меня, и не за то, что я, опоздав, заставила его волноваться. Он злился на себя, но из-за чего?
— Я не знаю, — прошептала в ответ, и тут же почувствовала, как Ратмир руками обхватил меня за попку и, приподняв в воздух, резко прижал спиной к стене, заставляя обхватить его ногами за пояс, — что ты делаешь?
— То, что давно уже хотел, — с этими словами он буквально обрушился на мои губы, целуя так, словно весь мир катится в тартарары, и у нас осталось всего несколько секунд до того, как мы взорвемся сверхновой.
Властный, уверенный, его язык рывками исследовал глубину моего рта. Его твердые губы пожирали меня, заставляя капитулировать. Низ живота скрутило тянущей болью желания. Больше всего на свете, мне хотелось, чтобы этот момент никогда не заканчивался. Чтобы меня пришило к нему навсегда и будь что будет.