— Нет, малышка, не всегда, — хмыкнул Ратмир и прижался к моим губам, — я бы продолжил тебя убеждать, но не после первого раза. Тебе нужно поспать, а завтра мы все обсудим.
Мне хотелось возразить, сказать, что сил во мне еще много и никакой боли я тоже не испытываю, но вместо слов с губ слетел сладкий зевок.
Ладно, его взяла, сейчас я посплю, но утром ему от меня никуда не деться!
Наивная, если бы я только знала.
Глава 30
Я проснулась от ощущения чужого изучающего взгляда. Он, словно кончик пера прошелся по моему обнаженному, не прикрытому одеялом телу, оставляя за собой гусиную кожу и вызывая трепет.
Резко распахнув глаза, я уставилась на склонившегося надо мной вербера, который, заметив мое пробуждение, скривил в ленивой усмешке уголок губ и притянул меня ближе к своему теплому телу. Воспоминания о прошлой ночи пронеслись перед глазами калейдоскопом образов, и мне потребовались немалые усилия, чтобы вернуться в настоящее.
— Привет, — покраснев от смущения, и сглотнув застрявший в горле ком, прошептала я хриплым спросонья голосом, — ты давно встал?
Черт, о чем обычно говорят люди на утро, после бурной ночи? Вспоминают что было? Боги, нет, я умру со стыда. Может плавно перейти к завтраку? Или спросить о планах на день? Да, нейтральная тема, как раз то, что нужно.
— Я не ложился, — хмыкнул Рамир, — это место вызывает слишком много вопросов, чтобы расслабляться. Считай, что я нашел занятие поинтереснее сна.
Недвусмысленный взгляд ясно намекал, что это его занятие было непосредственно связанно со мной. В груди приятно защемило, и возбуждение вновь напомнило о себе, заполняя каждую клеточку в моем теле.
— Но, если ты не будешь отдыхать, то исчерпаешь весь свой запас энергии. Кто тогда будет спасать меня из неприятных ситуаций, в которые я то и дело влипаю? — не смогла не подразнить я «грозного» вербера.
— Ты забываешь, что я не совсем человек, карамель. Чтобы лишить меня сил, пары бессонных ночей будет мало. И запомни, я не дам никому причинить тебе вред. А если найдется смертник, его жизнь не будет стоить и ломаного гроша, — в синих глазах полыхнуло пламя, и хватка на моей талии стала крепче. Пришлось положить ладонь на широкую грудь в успокаивающем жесте, напоминая о том, что переживать сейчас не о чем. Я рядом, и убегать не планирую.
— Я так проголодалась, что съела бы сейчас целого слона. Умоляю, скажи, что в этой гостинице есть чем поживиться, — словно в подтверждение моих слов, желудок издал полный боли и страданий стон.
— Еще слишком рано, — нахмурился Ратмир, — но я спущусь на кухню и раздобуду для тебя еду. Только пообещай мне не выходить из комнаты.
С этими словами, он поднялся, лишив меня успокаивающего тепла, собрал разлетевшуюся вчера по комнате одежду и быстро натянул ее на себя.
— Я не шучу, карамель, и все еще жду твоего ответа, — застыв в дверях, мужчина окинул меня предостерегающим взглядом.
— Да, капитан, — отсалютовала я, завернувшись в простыню и, опустив голову на подушки, прикрыла глаза.
— Когда я вернусь, нам нужно будет поговорить, — мамочки, почему это прозвучало как угроза?
Спустя минуту после того, как за Ратмиром закрылась дверь, раздался тихий стук, больше похожий на скрежет, но прежде, чем я успела удивиться такому раннему визиту и поинтересоваться, кого нелегкая принесла, гость представился сам.
— Кара, это я, Соня. Можно к тебе войти?
— Конечно можно, входи, — резко приняв сидячее положение, я натянула простыню до самого подбородка и заозиралась по сторонам выискивая свое нижнее белье.
Ну почему я не позаботилась об этом раньше? Теперь одна надежда, что Соня не заглянет под табурет, где оно лежало, и не поймет, чем ты тут с Ратмиром занимались.
— Я гляжу, вы с этим здоровяком времени зря не теряли? — Черт!
Сонька, облаченная в штаны и жилетку без рукавов, подвязанную тоненьким ремешком, плюхнулась на край кровати и весело улыбнулась.
— Да не смущайся ты так, тут все свои, — весело подмигнула принцесса, но тут же опустив голову, устало выдохнула.
Резкая смена ее настроения, да еще и такой ранний визит, заставили меня насторожиться. Судя по внешнему виду, встала она больше часа назад, если вообще ложилась, а грустный вздох давал понять, что дело тут неладное.
— Что произошло? Выкладывай, — участливо произнесла я, наклонившись к ней ближе.
— Я не хочу нагружать тебя своими печалями и сомнениями, но мне больше не к кому пойти, — облокотившись об изножье кровати, Соня положила голову на ладонь, — я не могу больше молчать, Кара. Это рвет меня на части. Думала, хоть в походе успокоюсь, но все только хуже становится. Если не выговорюсь, сгорю заживо. А кроме тебя…