Боги, сестренка, куда ты меня затащила? Если выберусь живой, все припомню!
Красиво очерченный рот скривился в циничной ухмылке, а уничтожающий взгляд был направлен на мужчину, крепко держащего мое плечо. На меня даже внимание не обратил.
И это я Сергея считала амбалом? Да тут такой бугай стероидный нарисовался, что вот-вот головой потолок пробьет. На месте охранника я бы не связывалась, но у того с мозгами были явные проблемы и напрочь отсутствовал инстинкт самосохранения.
— Ты кто такой? — лица Сергея я не видела, но уверенности в голосе заметно поубавилось. Похоже, тоже впечатлялся внушительной комплекцией накаченного бойца.
Тут я его винить не могла. Там было на что посмотреть.
— Тот, кто с радостью лишит тебя жизни, дай только повод, — а вид такой кровожадный, будто мечтает о том, чтобы охранник не послушался и полез на рожон.
И дождался-таки своего.
Сергей, злобно засопев, оттолкнул меня в сторону. Не удержавшись, я расстелилась на полу, а он сам выступил вперед, но даже сжатую в кулак руку поднять не успел. Бугай схватил его за горло и не прилагая видимых усилий приподнял над землей.
Охранник покраснел и, громко хрипя, начал дрыгать ногами в воздухе. Затем вцепился в удерживающую его руку своими руками, пытаясь разжать хватку. Ничего не выходило.
— Отпустите его, — не выдержала я, не в силах смотреть на чужие страдания. Пусть даже этот человек совсем недавно собирался причинить мне вред.
Как ни странно, бугай меня услышал, разжал ладонь и демонстративно вытер ее о свои черные брюки, пока Сергей, сгорбившись на четвереньках, пытался откашляться.
— Проваливай, упырь, — дважды уговаривать мужчину не пришлось. Немного оклемался и, даже не вставая, засеменил в ту сторону, откуда лилась музыка.
Внимание на него никто уже не обращал.
Все так же сидя на полу, я высоко задрала голову, не сводя пристального взгляда с громилы, что впервые, за все это время, вспомнил о моем существовании.
Сев на корточки рядом со мной, он около минуты гипнотизировал меня взглядом синих, как бездонные озера глаз. Крылья носа шевелились, будто принюхивается.
— Ты же не ведьма?
— Кто? — показалось, что я ослышалась. Бугай поморщился и тряхнул головой.
— Никто, забей, — он протянул мне руку.
Спросите меня сейчас, о чем я думала, принимая ее, ни за что не вспомню. Как завороженная коснулась его пальцев, почувствовала проскочивший между нами ток, и сознание помутилось. Дар проснулся, мгновенно унося меня из настоящего в будущее.
Боги, как же не вовремя!
Лежа на широкой, занимающей практически всю комнату кровати, к изголовью которой были привязаны мои запястья, я дрожала от неконтролируемого страха…
Горло пересохло из-за кляпа во рту. Волосы разметались по подушке. Ни клочка одежды, лишь сверху наброшенная неизвестно кем тоненькая простынка скрывала мое тело от жаркого взгляда. Я чувствовала его, но кому именно он принадлежал не видела.
— Я предупреждал тебя, карамель, но ты никогда не слушаешь, да? — непонятные слова, но этот низкий, хриплый голос я узнала сразу. Он словно клеймо впечатался в мою память, хотя услышала я его впервые буквально несколько минут назад.
Попыталась закричать, позвать на помощь, но вышло лишь глухое мычание. В ответ раздался издевательский смех и липкий страх, что не давал мне вздохнуть полной грудью, тут же испарился. Глаза загорелись от ненависти, а ладони от бессильной ярости сжались в кулачки.
Издав скрежещущий звук, кровать прогнулась и надо мной навис тот самый громила, что спас меня от Сергея.
Наши взгляды скрестились как шпаги, и в следующее мгновение его лицо накрыла прозрачная медвежья маска, а губы скривились в зверином оскале, демонстрируя острые клыки.
— Прекрати кричать, — сильные руки подхватили меня и прижали к твердой груди, совершенно не заботясь о задранном чуть ли не до пояса платье, — отдохнул называется, лучше бы в номере остался.
Откат был жестоким. Г олова продолжала кружиться, сознание было затуманенным, но его слова прорвались сквозь заслон, и я замолчала, все еще находясь в шоке от пережитого.
Еще ни разу в жизни видения не касались меня лично, и не были такими реалистичными. Казалось, я еще там, в той комнате наедине с монстром, что в любую секунду сожрет и не подавится, зараза эдакий.
Похоже мозг, после всего пережитого, решил сыграть со мной злую шутку, нарисовав в сознание эту страшную картину.
— Сдалась тебе эта пьянь дурная, Ратко. Брось ее здесь и пошли, — грубоватый голос раздался откуда-то из-за спины державшего меня бугая.