Папе пришлось сложнее всего после ухода матери, ведь несмотря ни на что, он любил ее, носил на руках и оберегал от всего, что могло бы причинить ей боль. Но в конечном итоге, боль нам троим причинила она сама, когда, собрав чемодан, убежала к одному из своих любовников.
Отец не искал с ней встречи, не обрывал телефон. Просто замкнулся в себе, позабыв о том, что жизнь продолжается. Если бы не мы с Васькой, все могло бы закончится плохо, но наша любовь помогла ему выбраться из пучины депрессии. Может не полностью, но ее хватало на то, чтобы продолжать работать, есть, пить и спать. И только с появлением в его жизни Виктории мы снова увидели возрождение когда-то потухшего огонька в его глазах и, наконец, смогли вздохнуть спокойно. Отец был в надежных руках.
Свадьбу Вика хотела провести на заднем дворе своего огромного особняка, чтобы не стеснять отца в средствах, но тот был против. Его конезавод внезапно начал приносить неплохую прибыль, — и да, я уверенна, без инвестиций Виктории тут не обошлось, но с отцом я этим знанием решила не делиться: мужчины и их гордость уже притча во языцех,
— так что папа арендовал небольшой остров, под названием Хейси, расположенный на юге, в Гринейном море, и заказал чартер, что перевез туда его семью и всех немногочисленных гостей.
Помимо табора, церемонию почтил свои присутствием родной ковен Виктории, а также представители знатных родов входящих в управленческий состав Трибунала. Но единственный, кого мне не хватало, и кого я хотела бы сейчас обнимать — мой мишка. Он не успел вовремя закончить какое-то чересчур важное дело по поимке вампира-убийцы и опоздал на самолет.
Васька не отходила от меня ни на шаг, но в такой романтической обстановке, это была слабая замена.
— Вика выглядит счастливой, — протянула сестренка. В ажурном белом платье, что облегало ее стройную фигуру, как перчатка, она была как никогда бесподобно, а заплетенные в толстые косы рыжие волосы делали ее похожей на настоящую принцессу, — даже не скажешь, что наша мачеха все утро проходила с красным носом.
— Серьезно? А в чем дело? — я с удивлением уставилась на Василису.
— В сыночке ее ненаглядном, — сжав зубы, процедила она, — ему еще месяц казённые харчи хлебать, а она надеялась, что он ее к алтарю поведет.
— Ничего себе, я думала его уже выпустили.
— Была бы моя воля, он бы еще год в камере просидел, но законы Трибунала не так суровы, как казалось. За то, что он сделал с Михалем и его друзьями, три месяца — очень маленький срок.
— Может, на то была причина?
— Он псих, какая еще причина тебе нужна? Приперся в клуб, ввалился в ВИП-кабинку, где находились мы с Долговым, которого я практически раскрутила на предложение руки и сердца, и чуть жизни его не лишил. Когда я вызвала полицию Михаль и трое его парней лежали на полу без сознания. Я от страха чуть не родила. А ты говоришь — была причина,
— запальчиво рассказывала Васька, не прекращая хмурить свои соболиные брови.
Я только пожала плечами.
— Как бы там ни было, Вика его мать, и она любит его несмотря ни на что, — ответить сестра не успела, так как речь толкнула одна из подруг Виктории.
— Девчонки, кто не замужем, давайте в кружок собирайтесь, сейчас наша невеста будет кидать букет, — перед импровизированной сценой собралось около десятка девушек, ожидающих, кому улыбнется удача.
Васька схватила меня за руку, и не слушая мои отговорки, потащила в самый центр, приказав не сходить с места. Еще несколько секунд, букет взмыл в воздух, и все «охотницы» рванули вперед, оставив меня в одиночестве наблюдать за «схваткой», вот только с силой размаха мачеха перемудрила. Миновав девушек, букет пролетел дальше и приземлился в мои вовремя выставленные руки.
— Это какие-то ведьминские штучки, — тихо проворчала я, и тут же почувствовала, как талию обвила сильная и теплая рука.
— Или судьба, — обернувшись на хриплый голос, я, позабыв про приличия, громко завизжала и, не выпуская цветов, на манер обезьянки запрыгнула на своего медведя.
— Ты успел! Ты здесь!
— Пришлось повозиться, но зато со спокойной душой ухожу в трехмесячный отпуск, где будешь только ты, море, пальмы и тишина.
— Не знаю, подходящий ли сейчас момент, но не хочу ждать ни секунды. Я должна рассказать тебе первому, — взволнованно произнесла я, наблюдая, как между бровей Ратмира появилась морщинка, — одна из ведьм ковена Вики утром сообщила мне новость.
— Какую? — в голосе вербера проскочили нотки беспокойства.