Теперь же вернемся к Алатырю как архетипу священного камня и, одновременно, «матери» всех камней. Связь Велеса/Вяльняса со священными камнями, совершенно очевидная на уровне этнографическом, корнями своими должна уходить именно в уровень мифологический, в уровень пра-образов, архетипов. Неоднократно подчеркивался исследователями тот факт, что образ Велеса «вытекает» из древнейшего образа Черного Бога, соучастника творения нашего мира и левого компонента архаической диалектической пары Черный-Белый Боги{47}. Именно на этом, предельно глубинном уровне, и следует искать основу связи священных камней с Велесом/Вяльнясом и, соответственно, основание тех функций, которые свойственны священному камню в традиционной культуре. И эту основу увидеть совсем несложно, если мысленно вернуться к «эпохе» созидания нашего мира — так, как это видели наши далекие предки.
В славянской мифологии (а также финской, угорской, тюркской и др.) существует известный миф о том, что твердь нашего мира была создана Двумя Богами из комка земли (варианты: камня, горсти песка), поднятого Черным Богом со дна предначального океана, Мировой Бездны. Этот единственный начальный камушек или комок земли и стал «всем камням мати», ибо он и породил все прочие камни и землю в целом…
Священный Алатырь — вот что поднял со дна Мировой Бездны Черный Бог в первые дни творения. Отпечаток его руки навсегда остался на поверхности Алатыря, а значит — и на поверхности всех священных камней, в таком изобилии покрывающих земли Севера.
Глава 2 КАМНИ ВЕРШИН И КАМНИ ИСТОКОВ
Суть же скверные молбища их: лес и камение и реки и блата, источники и горы и холмы, солнце и месяц и звезды…
Архиепископ новгородский Макарий, в год 1534Мы рассмотрели общее значение священного камня в структуре святилища. Но реальные древние святилища всегда были связаны с природой, с особенностями места, в котором они находились. И естественно, эти особенности ландшафта придавали специфику и святилищу в целом, и сакральным функциям самого камня. В этой главе мы поговорим об этом подробнее, но прежде нам придется сделать небольшой экскурс в геомантику — ту область сакральной географии, которая как раз и занимается сакральным (магическим) значением ландшафта.
Небольшое отступление в геомантику
Исторический анализ сведений о древних святилищах — в тех немногих случаях, когда он оказывается возможным, — показывает нам, что эти «места Силы», имеющие «определенную ориентацию» на ту или иную группу божеств, почти никогда не меняли ее с течением времени — даже при смене этнической принадлежности населения, использовавшего данное место, а иногда даже после прихода христианства. Так, известно, что храмы Ильи-пророка нередко появлялись на месте святилищ Перуна, храмы, посвященные св. Параскеве-Пятнице — на месте святилищ Макоши и т. д. Очевидно, существуют некие объективные характеристики места, определяющие характер его магии. Это прекрасно известно и народной магической традиции: для совершения разных магических действий многие знахари и деревенские колдуны предпочитают выбирать разные места.
Накопленный современными исследователями опыт позволяет нам утверждать, что одной из важнейших таких характеристик является рельеф конкретного места, что прекрасно согласуется с положениями иных, неиндоевропейских, но сохранившихся лучше, геомантических традиций, например, с китайским Фэн-Шуй.
Действительно, давайте задумаемся: и в магии, и в культовой ритуалистике огромное значение придается геометрической форме ритуальных предметов, четко разделяемых на два класса по соответствию «мужскому» или «женскому» принципу. Острые, вытянутые предметы, имеющие «не-вогнутую» поверхность, считаются «мужскими» — нож, посох, жезл. Напротив, предметы, обладающие вогнутыми поверхностями, определяются как «женские» — чаша, котел. С таким разделением связан, например, один из распространенных «плодородных» магических ритуалов — погружение ножа в ритуальную чашу.