Снова настала пауза, затем Гера спросила:
- Вадик, а ребята все еще тебя подкалывают?
- Насчет чего? – спросил Вадим.
- Насчет того, что твоя подружка – только клюшка и спишь ты с шайбой под подушкой, - сказала Гера.
- Почему это под подушкой? – спросил Вадим. – Я ее в наволочку засовываю. Ей там теплее.
Гера засмеялась. Вадик тоже.
- Юморной ты парень, Вадик, - сказала она. – Ты с твоим чувством юмора точно нигде не пропадешь.
- Надо быть оптимистом, - отозвался Вадик. – Они реже болеют. Значит, дольше живут. Да я, знаешь, не расстраиваюсь. Я свою еще найду.
- Конечно, найдешь, - согласилась Гера. – Каждому свое.
Вадим кивнул.
- Я не так стар, чтобы расстраиваться отсутствием девушки, - сказал он.
- А стар – это сколько?
- Стар – это когда тебе восемьдесят с хвостиком, - отозвался Вадик. – Или нет. Стар – это когда тебе двадцати пяти нет, а ты себя уже похоронил. Тогда точно ходячий мертвец, хоть и с потенцией.
Гера хрюкнула.
- Герка, не веди себя, как маленький Фунтик, - потребовал Вадик. – Я не забыл еще твое первое хрюканье.
- Я тоже это помню, - кивнула Герка. – Это было у вас на тренировке, помнишь?
- Да, я бросаю по воротам и бросаю. Бросаю и бросаю. А вратарь все отбивает и отбивает. Ловит и ловит.
- А потом я сняла маску и ты сказал: «ЧТО? Это была девчонка?!». И упал в обморок прямо за борт.
- Но даже оттуда я слышал, как ты надо мной хрюкала в приступе смеха, - улыбнулся Вадик.
- Да, - кивнула она. – Было дело под Полтавой.
Они сошли с тротуара и пошли через дворы.
- Я был в шоке. Никто же не знал, что ты тренерская дочка, - заметил Вадик.
- Тренерская дочка, - совсем безрадостно повторила Гера. – Порой мне кажется, что это клеймо.
- Брось, что ты такое говоришь, - сказал Вадим.
- Нет, Вадик, это так, - ответила Гера. – Очень много среди нас клейменных. Тех, кто продолжатели династий. Нас заклеймили еще в девстве, а может до того, как мы родились. Родители за нас решили, кем мы должны стать. Сколько у вас в команде тех, чьи папы в свое время бегали за «Феликс»?
- Ну, человек тринадцать-пятнадцать, - отозвался Вадик.
- Видишь, сколько клейменных, - сказала Гера.
- Ну, не палкой же их гнали.
- Но ведь хоккей было первое, чем им предложили заняться, - возразила Гера. – Ни танцами, ни музыкой, ни рисованием, а хоккеем. А почему? Потому что папа этим занимался. Клеймо.
Вадик хотел сказать Гере, чтобы она так не грузилась из-за этого, но вдруг передумал.
- Слушай, а часто ты о таких вещах думаешь? – спросил он.
- В смысле?
- Ну в смысле, размышляешь, говоришь – часто?
- Довольно. А что?
- Значит, девчонки часто об этом говорят?
Гера захохотала достаточно громко, чтобы на нее обернулись случайные прохожие.
- Ты думаешь, что все девчонки думают о таких же вещах как я? Нет, вряд ли, Вадик. Они если и задумываются, то поверхностно. Бросят, так сказать, взгляд вскользь и дальше. Большинству важнее тряпки, помады и как охмурить парня. О серьезных вещах начинаешь думать, когда жизнь тебя заставит.
- И тебя заставила? – спросил Вадик.
- Можно и так сказать.
- Теперь мне понятно, почему у тебя практически нет друзей среди девчонок, и почему ты так часто ходишь на наши тренировки. Тебе делать нечего, да? Верней поговорить не с кем?
- Мне есть с кем поговорить, но как я тебе уже сказала, остальные не смотрят в предмет так глубоко, как я. Поэтому они быстро слезают с подобных тем и размышлений и несутся дальше. А мне не интересно слушать про очередного дурака, который думает нижней головой и купился на простенький женский обман.
Гера оглянулась на Вадика. Он остановился и пристально смотрел на нее.
- Ты не похожа на остальных, - сказал он. – Я понял, люди не любят тех, кто на них не похож. Поэтому про тебя и сплетничают.
- Да, - усмехнулась блондинка. – И что сказали про меня на этот раз?
Вадик вспомнил чаепитие у Лео и то, что говорила Кристина.
- Что ты гордая, как сатана, - произнес он.
Гера хохотнула.
- А я гордая? – спросила она.
- Нет, - улыбнулся Вадик и подошел к ней. – Гордые под велосипеды не бросаются. Они только под машины!
- Ты что, вспомнил случай, когда я попала под твой велосипед? – спросила Гера, смеясь.
- Ну да, - кивнул Вадик. – Помнишь, как упала ты, а я на тебя сверху вместе с велосипедом?
- Помню, - отозвалась Гера. – Ты орал, что не дай бог, что-то опять сломалось, ведь ты его только вчера починил. Собственные шишки тебя не волновали.
- Да если уж быть честным, то и твои тоже, - признался Вадик. – Но слава Богу все обошлось.
- С нами?
- С велосипедом, - сказал Вадик.
Они засмеялись и вошли в подъезд. В лифте Вадик посетовал на то, что не попался им по дороге ни один маньяк, на котором Гера могла бы отработать свои боевые приемы. Перед дверью в квартиру Гера спросила: