Молчала и Джастина. Она просто кипела от злости. Конечно, ей иногда хотелось увидеть отца. Как она ни пыталась убедить себя, что он не заслуживает даже того, чтобы она думала о нем, все-таки в глубине души таилось желание повидаться с ним. И вот это произошло.
Теперь уж у Джастины не оставалось никаких иллюзий насчет своего отца. И она в который уже раз за последнее время вспомнила Ральфа де Брикассара и окончательно оправдала мать. Их не только невозможно было сравнивать, но даже поставить близко нельзя было. Неужели кто-то находил в Люке О'Ниле и Ральфе де Брикассаре какое-то сходство? Джастина помнила кардинала уже в преклонном возрасте, уже тогда он был гораздо старше, чем сейчас Люк О'Нил. Ну и что же? Какое может быть сравнение и сходство между полным достоинства, с прекрасным лицом и мудрыми внимательными глазами пожилым кардиналом де Брикассаром и этим жалким и злобным стариком О'Нилом?
Мэгги тоже думала о Ральфе, только ее мысли шли в другом направлении. «Бог продолжает наказывать меня за Ральфа, вот и объяснение тому, что случилось. Как же я была самонадеянна, когда решила, что безнаказанно украла у него Ральфа. До конца жизни теперь я должна буду нести свой крест. Бог не простит меня, и нечего пытаться изменить судьбу. Я приношу людям, с которыми схожусь, одни только несчастья. Вот и Дику тоже. Поэтому я должна оставаться одна и безропотно терпеть кару. Люк тут ни при чем, его прислал Бог, чтобы показать мне свое всесилие. Что я перед ним? И разве я могу преодолеть то, что он мне давно уже уготовил? И нечего пытаться. Я скажу об этом Дику, и мы расстанемся, мы должны расстаться…»
Обреченность. Вот что сейчас испытывала Мэгги. Обреченность и полную опустошенность. Хотя внешне она как будто оставалась спокойной, только взгляд стал совершенно отрешенным и между бровями прорезалась глубокая морщина.
Даже Дженнифер притихла, девочка сидела, прижавшись к матери, время от времени поглядывая на ее сосредоточенное лицо. Она не знала, кто этот старик, который так странно смотрел на нее и ее маму, но поняла, что из-за него не состоится праздник, ради которого они с мамой сюда приехали.
В машине, где ехали братья Клири разгорелись страсти. Джек предлагал сразу же, как они только вышли из церкви, отправить Мэгги и всех остальных домой, а самим остаться поговорить с Люком О'Нилом. Остальные братья поддержали его, особенно Джимси и Пэтси, у которых просто кулаки чесались и им не терпелось посчитаться с этим негодяем. Они уже было отошли в сторону, чтобы встретить Люка на выходе, но им помешала Джастина.
— Я прошу вас не трогать это дерьмо, — сказала она, не особенно заботясь о том, какое впечатление на дядюшек произведет ее выражение. — Если вы с ним что-нибудь сделаете, мама еще больше будет переживать. Мы этого просто так не оставим, но все надо как следует продумать. Пойдемте, пойдемте. Я вас не оставлю здесь. — И Клири подчинились своей племяннице. Наверное, она права, ничего нельзя делать на горячую голову. Никуда он от них не денется, они все равно его разыщут.
А когда ехали в машине Пэтси ворчал:
— Надо было сразу разобраться с ним. Теперь-то его и разыскать не получится. Он свое дело сделал и опять исчезнет.
— Никуда он не денется, — сказал внушительно Боб. — Я уж этого дела так не оставлю. Тридцать лет и знать ничего не хотел о нашей Мэгги, а как приспичило, явился.
— Сдается мне, что ему кто-то сообщил, что она замуж выходит. Так бы он и вообще не объявился. Пакость хотел сделать, вот и сделал, — это уже подал голос Хьюги.
— Выходит у него здесь есть кто-то, кто следит за ней, — задумчиво проговорил Джимси. — Ну попадется он мне!
— Мэг говорила про какого-то Арни или Арне, дружок у него был, вместе работали, — подал голос Фрэнк, и все братья с удивлением воззрились на него. Фрэнк все время молчал, и кое-кому показалось, что его никак не тронуло то, что произошло с Мэгги. Но Фрэнк как будто пробудился от глубокого затяжного сна, а за последний час он резко изменился. Под коричневой кожей вздулись желваки, глаза недобро блестели, и губы были решительно сжаты в тоненькую полоску. Боб положил руку ему на колено.
— Мы свою Мэг в обиду не дадим. Но надо все решить спокойно, если, конечно, получится. Пусть он дает ей развод, и дело с концом. А уж если он упрется, тогда мы скажем ему…
— Так он тебя и послушал, — раздался насмешливый голос Джимси. — Нечего с ним говорить, заставим подписать заявление на развод и все.
Так до самого дома они и не решили, что будут делать с Люком О'Нилом. А тут и Химмельхох показался, видно было, как из первой машины вышли Мэгги с Диком и пошли в дом. Джастина с дочкой остались ждать остальных на веранде.