- Пьяный?
- Как обычно.
- Почему вы не сказали мне вчера, кто был любовником Лулу?
- А вы меня об этом спрашивали? Вы только спросили, и я хорошо это помню, видела ли я человека, приходившего к Лулу.
- А вы его никогда не видели?
- Нет
- Но вы знали, что это профессор?
Судя по выражению ее лица, можно было и без ответа догадаться, что она знала не только это, а и многое другое. Только она все равно ничего не скажет, разве что ее принудят сделать признание. Не потому не скажет, что хочет что-то утаить или из желания помочь кому-либо, а просто из-за принципиального желания не помогать полиции. И это было вполне объяснимо, если принять во внимание сложившиеся у нее с полицией отношения.
- Луиза говорила вам о нем?
- Случалось.
- Что она рассказывала о нем?
- Много чего!
- У нее не возникало желания оставить его?
- Не знаю, имела ли она такое намерение, но только с ним она не была счастлива.
Не ожидая приглашения, Мегрэ сел на плетеный стул, заскрипевший под его тяжестью.
- Что же мешало ей уйти от него?
- Я не интересовалась.
- Она любила Пьеро?
- Похоже на то.
- Много денег получала она от Гуэна?
- Столько, сколько ей было необходимо.
- И часто ей было необходимо?
- Как только они кончались. Иногда в ее сумочке оставалась только мелочь, и мне не с чем было пойти за покупками. Я говорила ей об этом, она отвечала: "Скоро попрошу".
- Она давала деньги Пьеро?
- Меня это не касается. Если бы она была чуть похитрее... Женщина замолчала.
- То что бы было?
- Во-первых, она никогда бы не согласилась поселиться в этом доме, где она жила, как узница.
- Он запрещал ей выходить из дома?
- Она сама не любила выходить, боялась, что он может внезапно прийти во время ее отсутствия. Она была даже не его любовницей, а чем-то вроде современной рабыни. Он требовал, чтобы она не работала, а целыми днями валялась в постели. А если бы она жила в другом месте и если бы ему пришлось к ней ходить... Впрочем, к чему я вам все это рассказываю? Что вас, собственно, интересует?
- Кое-какая информация.
- Да? Сейчас вам нужна информация, вы приходите и вежливо снимаете шляпу. А завтра, если на свое несчастье я остановлюсь у какой-нибудь витрины, вы меня посадите? Какая информация вас интересует?
Она принялась развешивать белье на веревке, протянутой поперек кухни.
- Вам известно, что Лулу была беременна? Женщина быстро обернулась.
- Откуда вы это знаете?
- Из результатов вскрытия.
- Значит, она не ошиблась.
- Когда она вам об этом сказала?
- Дня за три до убийства.
- Она не была уверена в беременности?
- Нет. Она не пошла к врачу. Боялась.
- Чего?
- Наверное, разочароваться.
- Она хотела иметь ребенка?
- Думаю, что она обрадовалась своей беременности. Но радоваться было рано, и я посоветовала ей обратиться к гинекологу. Сказала, что сейчас доктора могут распознавать даже двух-трехнедельную беременность.
- И она пошла к врачу?
- Спросила меня, знаю ли я кого-либо. Я и дала адрес одного на улице Дам.
- Не знаете, была ли она у этого врача?
- Если и ходила, то мне об этом не говорила.
- Пьеро знал обо всем этом?
- Вы знаете женщин, комиссар? Встречали ли вы такую, кто говорил бы с мужчиной о подобных вещах, прежде чем не удостовериться наверняка?
- Как считаете, профессору она тоже ничего не сказала?
- А это уж вы думайте.
- А что, по-вашему, произошло бы потом, если бы ее не убили?
- Я не умею гадать на кофейной гуще.
- Она бы оставила ребенка?
- Наверняка.
- И осталась бы с профессором?
- По-моему, ушла бы к Пьеро.
- А кто, по ее мнению, был отцом ребенка? Она снова посмотрела на комиссара так, словно он совершенно ничего не понимал в жизни.
- Надеюсь, вы не считаете, что отцом мог быть профессор?
- Всякое бывает.
- У вас есть вопросы ко мне?
- Пожалуй, нет. За что вы ненавидите профессора Гуэна?
- Я уже говорила вам, что никогда его не видела.
- Но вы его ненавидите?
- Я ненавижу всех этих людей.
- Предположим, придя утром в квартиру, вы обнаружили в руке Лулу револьвер. И чтобы исключить мысль о самоубийстве и навести подозрения на профессора, вы бы не попытались спрятать оружие?
- Вы, наверное, очень намучились, расследуя это дело, раз говорите подобные глупости. Я не так глупа. И если полиции придется выбирать между важной персоной и бедным музыкантом, то за все будет расплачиваться этот бедняга.
Мегрэ больше не настаивал. Уже не пороге он обернулся, чтобы спросить имя и адрес врача с улицы Дам.
Врача звали Дюкло. Он лишь недавно поселился в этом районе, закончив обучение, и кабинет имел еще необжитой вид. Здесь были лишь самые необходимые медицинские инструменты, купленные явно по случаю. Когда Мегрэ представился, доктор сразу же понял в чем дело.
- Я так и думал, что раньше или позлее ко мне придут.
- Она назвала свое имя?
- Да. Я даже заполнил на нее карточку.
- Когда она узнала о беременности?
Доктор выглядел очень молодо и был похож на студента. Он начал просматривать свою картотеку, видимо, стараясь придать себе больше солидности.
- Она приходила в субботу, по рекомендации женщины, которую я хорошо знаю.
- Да. Мадам Броль.
- Она заявила мне, что беременна, но хотела бы знать это наверняка.
- Минуточку. Она была взволнованная?
- Нет. Я бы этого не сказал. Видите ли, когда девушка ее типа обращается за консультацией, то я всегда жду, что она попросит сделать ей аборт. Не знаю, как в иных кварталах, но здесь это дело обычное. Во всяком случае, я тщательно ее осмотрел, попросил сделать необходимые анализы и назначил следующий визит в понедельник.
- И она пришла?
- В половине шестого. Я подтвердил, что она действительно беременна. Она поблагодарила меня.
- И ничего больше не сказала?
- Выспрашивала о деталях, но я уверил ее, что никакой ошибки быть не может.
- После ваших слов она выглядела счастливой?
- Уверяю вас, что да.
Значит, в понедельник, в шесть вечера, Лулу вышла от врача и вернулась на авеню Карно. Около восьми, после ужина, профессор, по словам его жены, на минуту зашел в квартиру Лулу, а потом поехал в больницу.
До десяти вечера Луиза Филон находилась у себя одна. Она поела консервированных лангустов и выпила немного вина. Затем, по-видимому, прилегла отдохнуть на незастеленной постели.
В это время Пьеро уже был в своем кафе, так что, в принципе, Луиза могла ему позвонить. Но позвонила она примерно в половине десятого. Для того ли, чтобы сообщить о беременности? Если да, то почему она так долго с этим тянула?
Приехал ли Пьеро на такси? По словам консьержки, он пробыл в квартире Луизы минут двадцать.
Профессор Гуэн, по словам его жены и консьержки, возвратился из больницы сразу после одиннадцати и к своей любовнице не заходил.
На следующее утро мадам Броль, придя в восемь часов утра, чтобы убрать квартиру, находит Луизу мертвой на диване в гостиной. Она утверждает, что никакого оружия рядом с телом не было.
Доктор Поль, известный своей осторожностью в заключениях, полагает, что смерть наступила между девятью и одиннадцатью часами вечера. И, судя по тому, что в "Грело" она звонила в девять, время можно назвать более точно: не с девяти, а с половины десятого.
Что касается отпечатков, обнаруженных в квартире, то они принадлежат четверым: Лулу, ее домработнице, профессору и Пьеро. Моэрс получил отпечатки пальцев профессора Гузна, послав сотрудника в больницу Кошен, а с идентификацией остальных у полиции трудностей не было - все они оказались в картотеке.