– Когда я дам команду, ты очнешься, снимешь штаны и… – Вальтер чуть помедлил, – наденешь их себе на голову.
Мы с Максом переглянулись – на его лице была озорная улыбка. Тим, сохраняя серьезность, придвинулся к краю парты. Лицо Анны выражало смесь любопытства и осуждения. Даже Хлоя, казалось, наблюдала неравнодушно.
Вальтер дал команду, Давид очнулся, и как ни в чем не бывало начал стягивать с себя штаны.
– Ты что делаешь?! – возмутился Вальтер.
– Так надо! – непринужденно ответил Давид.
– Давидик, тебя загипнотизировали – не надо штаны снимать, – попросила Анна.
– Спокойно, – сказал он, – сейчас все объясню.
– Он объяснит, – успокоил нас Вальтер заговорщицким шепотом.
Давид надел штаны на голову, и глядя сквозь ширинку, заговорил:
– В общем, я тут кое-что понял…
– И что же?
– Вот как вы сами думаете, для чего вообще штаны нужны?
– Ну… – с недоумением потянул Вальтер, – без них как-то неприлично.
– Правильно! Штаны – это фиговый лист, который прикрывает срам. Но ведь это иллюзия! Вы сами говорили про хронический запор мозга. Срам – это же проекции в голове! Правильно?
– Правильно… – удивленно кивнул Вальтер.
– Поэтому и прикрывать нужно голову, – Давид поднял над головой штанины, словно заячьи уши.
– А трусы! Трусы зачем? – призывно заметил Макс.
– Свой срам я уже прикрыл, а трусами я прикрываю ваш срам, который вы проецируете на мои непорочные половые атрибуты.
– Это надо записать, – одобрительно сказал Макс.
– И в кодекс! – добавил я.
– На вашем месте я бы сначала прикрылся, – сказал нравоучительно Давид, – как это сделал я. Смотреть на вас стыдно…
– Серьезные аргументы, – согласился наставник.
– Жестоко, – оценила Анна.
– Кстати, сэмпай, вы вроде хотели эксперимент какой-то провести… Когда приступим? – спросил Давид.
– А эксперимент уже завершился… – ответил Вальтер с виноватой ухмылкой. – Тебе – плюсик в рекомендацию. Оденься, как было! – брезгливо прикрикнул наставник. – И пройди на свое место. Сейчас все поясню.
– А можно…
– Нельзя!
Пройдя на свое место, Давид стянул штаны с головы, и диковато озираясь, начал натягивать их на ноги.
– Без штанов все-таки холодно, – оправдался он.
– Аналогичный эксперимент положил начало психоанализу психолога Фрейда, – пояснил Вальтер. – Фрейд понял, что люди иногда действуют, не понимая причины этих своих действий. Задача ума при этом – заполнить пробелы понимания «рациональными» пояснениями. Команда «снять штаны и одеть их на голову» – была дана Давиду, пока он пребывал в бессознательном состоянии. Его бестолковый ум этой причины для обнажения не зафиксировал, но на ходу изобретательно выдумал свою, в которую сам тут же и уверовал: натянутые на голову штаны прикрывали «срам». Этот механизм психической самозащиты Фрейд назвал «рационализацией».
– Я что-то не понял, – смутился Давид, – вы считаете, что это вы мне внушили прикрыть голову штанами?
Вальтер закивал.
– Да нет же, я ведь все объяснил! Это моя идея! Проекции – в голове! Вы же сами говорили…
– Да, наглядно, – пробурчала Анна.
– Человек не способен понять жизнь своим ограниченным умишкой, потому что ум – это ничтожно малая пылинка на теле непостижимого гиганта жизни, – сказал Вальтер. – Но сам ум при этом может свято верить, что все понятно и чудес не бывает, ведь он сам и есть этот гигант. Так проявляется наша механичность. Все непонятные процессы вытесняются за кулисы бессознательного, откуда незримо влияют на наше поведение.
– Это как нити невидимого кукловода? – спросил Давид, почесав за ухом.
– Именно так, – кивнул Вальтер. – Ум на сцене повседневности сам подбирает для себя подходящий самообман. А когда все понятно, можно успокоиться и поскакать дальше. Все слишком необычное и неприличное подменяется рациональными проекциями ума, поэтому наша жизнь такая нормальная, такая серая и привычная. Мы просто не замечаем жизни, не осознаем происходящее. Мы спим в грезах ума, который «знает», и который своим знанием спасает нас от истины.
– Это Фрейд придумал? – поинтересовался Тим.
– Фрейд и его последователи считали, что человек онанирует… Простите, рационализирует и проецирует только в отдельные моменты своей жизни под влиянием неврозов. Однако здесь в Цитадели мы знаем, что «нормальный» человек занимается ментальной мастурбацией непрерывно. Все, что мы знаем – это наша проекция и рационализация жизни. Мы всеми силами защищаемся от происходящего «здесь и сейчас». А случаи рационализаций и проекций по Фрейду – это, когда самообман настолько очевиден, что не заметить его может разве что невротичный слепец.