– Подождите. А не вы ли сутки назад выдали предписание на осмотр книг Бориса Дюка? Не вы ли прислали в столицу специалиста по околонаучным исследованиям и пристроили его ко мне в компаньоны?
Улыбаясь, Ли направлялся к выходу. Он слегка хлопнул Лимана по плечу, проходя мимо.
– Лекс, гражданство города Жерло – вещь постоянная и очень ценная. Но и его можно лишиться за научный позор, хотя потребуются весомые доказательства. Думаю, что для кое-кого из наших общих знакомых это было бы лучшим и вполне ожидаемым, хоть и не безболезненным исходом. Лучше бы вашему приятелю Рою доказать, что его страшные книги действительно существуют. Это было бы выгодно каждому из нас. Но, к счастью, это невозможно. А потому мы будем следить за вашим расследованием через легария – не зря же мы выслали ему приглашение – ровно до того момента, пока не окажется, что идеи Хеты Роя куда более бредовые и опасные, чем можно было бы предположить. Вас это никак не заденет – вы в столице мало заботитесь вопросами чести. Ваш кабинет с проституткой-секретаршей и еженедельными чеками преступникам покрупнее, чтобы они обходили ваш округ стороной – все это останется при вас.
Лиман глубоко вздохнул, поднялся и приоткрыл дверь.
– Вам пора. Если мы продолжим беседу, то я, не думая прострелю вам голову.
– Вы этого не сделаете. Хотя бы потому, что легарий изъял у вас оружие. Ваш хозяин при вас, не забывайте этого, Лекс. Но это для вас он хозяин, а для нас – уважаемый гость.
Ли улыбнулся и не прощаясь скрылся за дверью. Беккер последовал за ним.
– А вами, Беккер, я горжусь, – сказал ему вслед Лиман. – Может быть даже вам достанется освободившееся имя. Хета Беккер – звучит же! Что скажете, Ли? Можно ли пожалеть лучшего подарка от единственного друга?
Ответа не последовало.
Оставшись один, Лиман долго смотрел в окно на мокрую кирпичную стену, по которой полз темный плющ. Разговор с Ли мог бы выбить его из колеи, но все вышло иначе. Теперь город Жерло казался не таким уж чужим. Члены ученого Конвента оказались немногим порядочнее легария и некоторых комиссаров Охранной службы столицы. А, значит, правила вполне понятны.
Лиман спрятал свой блокнот, надел китель и вышел в ночной город.
Город светился, манил запахами и звуками. С террасы были видны темные кварталы «небожителей», которым Лиман пожелал наглотаться библиотечной пыли. Сгоряча, конечно. О многих ученых города, с которыми доводилось встречаться в столице или читать о них, Лиман был неплохого мнения. В конце концов благодаря им Европа выплыла из темных веков в цивилизованные столетия, об этом стоило помнить, желая Ли и Беккеру навернуться с одной из своих многочисленных лестниц.
Уровнем ниже шумели улицы Центрального вокзала. Лиман отправился туда в приподнятом настроении. Вокруг мелькали вывески, яркие витрины, играла музыка из открытых кафе. Лиман заглянул в одно из них, попросил местное блюдо из жирной рыбы с овощами, большой стакан виски и сигарету.
Официант нагнулся и шепнул.
– Тут это не совсем законно, но кое-что найдется. И обойдется недешево.
Форма констебля его не смущала.
– Принесите. А еще, разрешите от вас позвонить?
Он набрал номер больницы. Усталый голос врача пожелал доброго вечера.
– Это констебль Лиман.
– Да, я узнал вас. Борис Дюк еще не пришел в себя, но его жизнь уже вне опасности. Делаем что можем.
– Он очнется?
– Позвоните завтра в обед.
– Еще, господин доктор…