Свет блестел на стеклах оранжереи, которую изнутри затянула белая пленка испарений. Только крупные темно-зеленые листья прижимались к стеклам, словно приветствовали изнутри. Над оранжереей темнело окно спальни. Видимо так – взобравшись на перемычки теплицы, Пале когда-то давно пробрался в дом, где нашел свою загадочную и неожиданную смерть.
Лиман поднялся и отошел немного дальше. Теперь на виду была вся теплица, а большую часть потолка спальни можно было разглядеть через темное стекло. Вероятнее всего, Пале даже не пришлось ползти по карнизу. Прочное перекрытие теплицы примыкало к стене и, если окно было распахнуто, дотянуться до подоконника было совсем не сложно. Лиман вспомнил планировку спальни. Окно напротив двери, и никто не слышал звуков борьбы на лестнице. Значит, нападавший поджидал Пале в спальне, затаившись и не дав отступить к окну в последний момент. Поднявшись на камень у клумбы, Лиман снова заглянул в спальню, по стенам которой блуждал свет солнца. Отсюда хорошо была видна спинка высокого кресла и фотографии на стене. И голова акролифа в пиджаке и сорочке хозяина. Жуткое зрелище. Словно кто-то следит за ним из пустой комнаты.
Рой что-то напевал. Его голос доносился из приоткрытого окна вперемешку с шуршанием страниц. Лиман обогнул теплицу по узкой тропинке, вышел к глухой стене, наверху которой под самым козырьком крыши хлопало ставней слуховое окно. По стене расползся плющ, а камни фундамента покрыла толстая темная шапка мха. Тропинка тут продиралась сквозь плотные заросли колючего кустарника и убегала в лес, все еще дышащий сыростью и холодом. Лиман шел по ней к стене леса, поднимая и убирая от лица низкие ветви. Дом все глубже тонул в густом кустарнике. Скоро только его крыша осталась маячить над зарослями.
Тропинка вела вглубь леса, петляла среди могучих стволов вековых деревьев, в кронах которых беспокойно копошились птицы, терялась под широкими листьями папоротника, покрывшего ковром все низины.
Возможно, по этой тропе бежал несчастный Киоса, прежде чем настигла смерть. Лиман пытался представить себе события той ночи, себя, на месте незадачливого грабителя, спасающегося от неизвестной опасности. Это была ночь, и вряд ли Киоса видел тропу. Скорее всего он бежал напролом сквозь заросли, натыкался на деревья, скатывался в ложбины и поднимаясь, продолжал бежать. Но остров не так велик. Рано или поздно его отыскали бы здесь, даже если он погиб. Конечно, если его вообще искали.
Он поднялся на вершину холма. За ним лежала долина, окруженная плотной стеной деревьев, на дне которой клубились остатки утреннего тумана. Где-то совсем близко журчала вода. Обвитая лозой и кабелями, потемневшая от времени и дождей в небо тянулась радиовышка. На ее вершине виднелись пустые птичьи гнезда. Лиман дотронулся до опоры, с которой чешуйками отлетала краска, обнажая ржавый металл. Кабели терялись в листве и папоротниках под ногами.
Подул холодный ветер, зашевелив кроны. Лиман запахнул плащ и начал медленно спускаться с холма, стараясь не оступиться и не задеть спрятанные в папоротниках сухие ветви. У подножья он наткнулся на колодец, в темную глубину которого змеями вползали кабели. Из глубины тянуло холодом. Лиман пригнулся к самой земле, всмотрелся в темноту, в которой исчезали кабели. Далеко внизу отчетливо слышался голос Роя, его песня, половину слов в которой он не знал. Голос был настолько отчетлив, что казалось, будто Рой не в доме в полутора кватрумах от подножья холма, а на дне колодца.
– Рой! – Лиман крикнул, пригнувшись к самой земле. Никто не ответил, но голос стал громче в потоках поднимающегося из глубины воздуха.
– Рой!
Голос сменился протяжным свистом.
Лиман побежал к дому, высматривая среди деревьев знакомую тропу. Знакомая крыша маячила в стороне, а прямо перед ним блестели окна оранжереи.
– Рой!
– Да, – Рой выглянул в окно. На подоконнике скопилось не меньше полусотни книг.
– Ты ничего не слышал?
– Только шаги наверху. Я думал, что это ты.
Рой озадаченно обернулся, пожал плечами.
– Вероятно, снова птицы. И, кстати, я кое-что отыскал интересное.
Книги Дюка были рассортированы по языку, году издания и алфавиту. Во многих появились закладки с корявым почерком Роя.