– Рой не шевелись и держи руки перед собой, – сказал Лиман, выходя в центр комнаты. Этот взгляд врывающихся в помещение был ему знаком, у самого в арсенале такой же. Главное сохранять спокойствие и как можно меньше двигаться.
– Какого черта, Лиман?! – Ольбер сопел и тер шею платком. В тусклом свете ламп его лицо казалось желтым и старым.
Лиман не ответил, перевел взгляд на Керна. Тот требовательно протянул руку. Ничего не оставалось кроме как вложить в нее пистолет и обойму.
– Легарий, протокол, – он протянул Ольберу бумагу, как показалось Лиману, уже заполненную.
– Ублюдок, – сказал Ольбер, цепляя на нос очки.
– Что происходит? – спросил Рой, но на него никто не обратил внимания.
Керн отдал пистолет безымянному офицеру и тот с поразительно механической точностью разобрал его. Осмотрел ствол, вынул патроны из обоймы. Протер пальцем и сверил номер на внутренней стороне рукояти.
– Да, это он.
Керн угрюмо кивнул, вовсе не удивившись, словно ожидал такого ответа.
– Констебль Лиман, я должен предъявить вам обвинение. Из этого оружия, ранее принадлежавшего преступнику Гримму и конфискованному вами, два дня назад был убит гражданин Объединенной Республики Близнецов. Скажите, оружие с момента как вы покинули Архипелаг, все время было у вас?
Лиман коротко кивнул и оглядел ожидающие ответа лица.
– Да. Оно все это время было у меня.
5.Пейзаж в пастельных тонах
Плоские скалы были цвета моря и почти сливались с ним. Такого же цвета были ее, Арины, глаза. Но этого никто не замечал. На волнах покачивался баркас, меньше чем за четыре часа доставивший ее сюда от теплых берегов Архипелага. Теперь она смотрела на пустой причал и едва держащуюся на кованной решетке табличку с расписанием рейсов. В столице казалось, что ждать воздушный корабль до Жерла целые сутки не имеет смысла и куда проще добраться морскими катерами, пусть и с пересадкой. Никто не предупреждал, что пересадка займет почти целый день. Попытки что-то разузнать в узком окошке справочной не увенчались успехом – остров был неприветлив не только из-за цвета скал и постоянно дующих промозглых ветров.
Арина поплотнее запахнула пальто и подняла ворот. Снова взглянула на дрожащую на ветру табличку. Почти двенадцать часов до рейса в Жерло, если он вообще будет. Превосходно!
Каменные берега и деревянные причалы были безлюдны. Как и узкие улочки городка, ютившегося на низких скалах. Среди одноэтажных домиков спрятались кофейня и почта. Спрятались слишком хорошо, чтобы можно было отыскать их сразу, не борясь с ветром и не натыкаясь на хмурые лица встречных горожан. Кофейня оказалась закрыта – в двери торчала стопка уже успевших пожелтеть писем. За скрипучей дверью почты было тепло, пахло бумагой и воском. Седой почтальон поприветствовал Арину едва заметным кивком головы и вернулся к сортировке писем. Что ж, по крайней мере тут есть свободный стул и не так одиноко, как за дверьми. Арина аккуратно сняла туфли, спрятав ноги под столик, пошевелила замерзшими пальцами. Потрогала обветренное лицо ладонями, стянув перчатки. Кончик носа был ледяным.
– Сделать вам чай? – почтальон покрутил стеклянной чашкой и улыбнулся в усы.
– Да, спасибо.
– Я все равно собирался передохнуть и заварить себе чего-нибудь горячего. Но в одиночестве не так приятно.
Арина смущенно улыбнулась. Нашлась вторая чашка. В желтом кипятке плавали сухие листья, оставляя за собой темные дорожки, неспешно оседающие на дно.
– Не стоит девушке бродить тут одной, – сказал почтальон, выглянув в окно. Усилившийся ветер трепал вывеску на пекарне напротив. – Наш остров только формально принадлежит Архипелагу, а по сути, тут большая морская база Близнецов. Вечерами моряков – что мошек, и далеко не все из них галантные офицеры.
– Я справлюсь, – Арина пододвинула к себе увесистый сверток. Что там, она догадывалась – шеф говорил в трубку накануне слишком расплывчатыми и туманными фразами, чтобы каждая рыба в заливе догадалась, что ему требуется оружие и кое-что из незаконных документов. Она пригубила чай, обожглась и вернула чашку на столик. От кипятка пахло мятой и хвоей. Старик почтальон внимательно смотрел в окно, словно видел свой город впервые.