– Хета Рой? Мазель Орели велела зайти за вами.
Он заглянул в комнату и уставился на старый костюм Роя, развешенный на стуле.
– Анри Анвар, – представился он. – Полагаю, вы готовы?
В голосе слышалась легкая ирония по поводу отсутствия у Роя каких-либо вещей.
Дом казался небольшим лишь снаружи. В нем было множество просторных комнат, лестниц и огромных окон, часть из которых были уже привычными желто-красными витражами. Рой шел неспеша, осматривая дом, а Анвар то и дело оборачивался, чтобы не потерять его из виду.
– В первый раз тут? – спросил Анвар скучающим тоном.
– Да. А вы?
– Разумеется, нет!
Рой скрипнул зубами.
– Мазель Орели очень гостеприимная девушка. И щедрая, – он вызывающе взглянул на костюм Роя.
– Вы давно знакомы с ней?
– Целую вечность! А вы?
– Почти сутки.
Анвар озадаченно взглянул на Роя, затем рассмеялся.
– А в чувстве юмора вам не откажешь.
– Далеко еще?
Анвар распахнул дверь, за которой оказалась широкая лестница.
– Еще пара шагов.
Часть дома была скрыта в скале. Вот почему он казался небольшим снаружи. Лестница вела в огромный просторный зал, в центре которого лениво беседовали несколько человек в костюмах. Двое сидели за стеклянным овальным столом, раскинувшись в креслах. Один пытался курить у потухшего камина. На столе в огромной вазе лежали фрукты, половину которых Рой даже не знал. Орели стояла у окна сложив руки на груди.
– Рой, мы вас заждались. Надеюсь, Анвар не обил у вас охоту знакомиться с моими друзьями?
– Я всегда предельно вежлив, – буркнул Анвар и опустился в свободное кресло.
Двое сидящих за столом поприветствовали его кивком головы. Крупный мужчина с сигаретой и пышными бакенбардами дружелюбно протянул руку.
– Рад знакомству. Орели говорила, что вы вели себя как настоящий герой…
– И джентльмен, – добавила Орели. – И́ван, нам нужно еще одно кресло.
Анвар усмехнулся и встал из-за стола.
– Герою я готов уступить свое.
Ужин прошел неспешно, под оживленную беседу, но все равно не принес Рою удовольствия. Он попробовал местное вино, пододвинул к себе бутылку и твердо решил остаток вечера провести с ней, изредка улыбаясь на колкости в его адрес.
– А мне знакомо ваше лицо, – заметил Анвар.
– Возможно, – отозвался Рой. – Мы северяне все одинаковые.
– Нет-нет, – Анвар победно хлопнул ладонью по столу. – Вы ученый. Точно! Я читал вашу статью в этом…, – он прищелкнул пальцами, – в Альманахе мысли.
Только этого не хватало. Рой отгородился второй бутылкой вина.
– «Радиостанции-призраки» – кажется так.
Прокатился легкий смешок. Только Орели покачала головой и поднялась из-за стола.
– Ты уходишь? – спросил Иван.
– А мы только собирались попросить принести радио по такому случаю.
Орели подошла к Рою и протянула руку.
– Я совсем забыла показать вам дом. А ведь вы мой гость. Невежливо с моей стороны.
Рой поспешно поднялся.
Массивная деревянная дверь закрылась за ними. Орели взяла его под руку.
– Извините их, Рой. Они хорошие люди, но иногда просто невыносимы.
– Мне показалось, что они немного ревнуют вас ко мне.
Орели засмеялась.
– Я в этом более чем уверена.
Они неспешно шли по коридору, ничем не примечательному, кроме черно-бело-красных картин на стенах, изображавших далекие неизвестные горы и сады.
– Мой дом – не самый примечательный на континенте, – сказала Орели. – Показывать особенно нечего, просто я хотела увести вас оттуда.
– Спасибо.
Рой остановился у картины с усеченной горой, по склонам которой плыли вниз ярко-красные огненные реки. Ничего подобного он никогда не видел.
– Вам нравятся мои картины?
– Они ваши?
Орели улыбнулась.
– Конечно, нет. В смысле, что я не писала их. Просто купила. Михаил Ри – известный художник из ваших широт, впрочем, вряд ли вы слышали о нем. Его картины куда популярнее здесь у нас. Но если вам все же нравятся картины, то вы должны кое-что увидеть.
Она взяла его за руку и потянула за собой.
– Идемте же. Оно того стоит.
У двери с тонкой медной ручкой Рой остановился. Нет, это же не могла быть ее спальня! Он слышал свое неровное дыхание и то, как бешено колотится сердце. Орели смотрела на него большими глазами. Она и не думала с ним играть, как казалось.
«Слишком много значения я придаю мелочам», – подумал Рой. Ему хотелось исчезнуть, оказаться подальше от этого дома и его гостей, от этого континента, на котором он не был раньше и не хотел быть сейчас. И в то же время он не хотел отпускать руку Орели. Никогда.
– Просто комната, – тихо сказала Орели. – Одна из моих любимых.