— А ты кто же будешь такой?
— Так известно кто. Банник я, Захаром кличут.
— Здравствуй, Захар. Никогда с вашим братом не встречался.
— Слепой нас не увидит, а ты пол-жизни слепцом прожил. Давай на полку, нечего пару пропадать зазря — произнёс банник и плеснул травяного отвара на раскалённые камни.
Семь веников измочалил банник и семь раз по семь потов вышло из Андрея, пока не окончилась процедура очищения и Захар не сказал:
— Ну всё, Андрейко, моя работа закончена. Почаще ко мне заходи и не будет у тебя ни хворей, ни мыслей лихих.
— Спасибо тебе, банник — сказал Андрей и вышел.
В предбаннике его ждала чистая домотканная одежда. Штаны да рубаха. Надев это всё Андрей вышел во двор и замер в изумлении. Всё изменилось. Цвета, звуки, запахи … Таких острых ощущений он не испытывал никогда. Хотелось лететь с ветром на перегонки и прятаться от него в листве, стать волной ручья и лучом солнца. Обычных слов не хватало, чтобы описать всё, происходящее в душе.
— Ну как, сынок, что видишь, что чувствуешь? — спросил его Дед.
— Мне кажется, что я видел жизнь через грязное стекло, а теперь его вымыли до блеска.
— Так и есть. Но не стекло, а душу твою отмыли и это только начало. Пошли к роднику.
Родник начинался чуть дальше в лесу, за избой. Подойдя к нему, Семёныч спросил:
— Что ты видишь и слышишь?
— Родник и его тихое журчание.
— Смотри и слушай душой, а не глазами и ушами.
Последовав совету, Андрей изо всех сил пытался это сделать, но ничего не выходило. Пока, спустя почти час, он не услышал тихий смех и не заметил прозрачного малыша, сидевшего на камешке у ключа.
— Кто это, Дед?
— А это и есть Родничок, его дух. Подойди и поиграй с ним. Он еще маленький и любит это.
Андрей присел и протянут руку, а малыш забрался на неё и волной перекатился под рукавом на голову. После чего спрыгнул с неё в родник, как с трамплина. Странно, но тело и волосы остались сухими. Малыш хотел повторить свой трюк, но леший его остановил:
— Всё, хватит пока, еще поиграете. Нашему гостю нужно отдохнуть.
Когда, водя в избу, Андрей увидел домового, накрывающего на стол, то уже не удивился.
— Вот, знакомься, Андрей, это Егорыч — представил их друг-другу Дед.
— Здравствуй, Егорыч!
— И тебе здравия, Добрый Молодец! Прошу за стол, я пирожков настряпал. С картошкой, с капустой, с брусникой. Какие будешь?
— Всех и побольше — ответил Андрей и почувствовал, что готов съесть слона.
Так началось перевоплощение.
Родной город Николая производил удручающее впечатление. Ржавые каркасы некогда роскошных автомобилей уже были еле заметны среди бурно разросшихся кустарников и деревьев, которые начинали сбрасывать свою листву. Опавшая листва смешивалась с мусором и разносилась повсюду вездесущим ветром. Все эти годы зимы были довольно снежные и многие крыши не выдержали таких осадков и провалились. Только главная дорога была в относительно хорошем состоянии, поскольку являлась связующей артерией между общинами и периодически приводилась людьми в порядок. На фоне всего этого депрессивного зрелища дом Николая выглядел настоящим оазисом ухоженности и порядка. Борода регулярно, не реже раза в два месяца, наведывался сюда и проверял запасы. Запускал всю технику наводил порядок в саду. В этот раз решено было переночевать в доме, а с рассветом выдвинуться на разведку к объекту Z-99, на котором, вероятно, были спрятаны похищенные поселенцы из трёх небольших общин.
— Выкачивайте из резервуаров топливо и заливайте туда свежее — распорядился Борода.
Он периодически обновлял запасы топлива, пока оно не пришло в негодность. В нынешнее время было невозможно достичь прежнего качества и топливо быстро портилось. Все понимали, что однажды придётся отказаться от транспорта, поскольку нефтяные вышки из южного региона постоянно требовали ремонта, а материалов становилось всё меньше и меньше. В некоторых общинах, не дожидаясь момента, стали заниматься коневодством. Не тем коневодством, которое практиковалось до эпидемии, а совершенно новым его видом. Поскольку почти все животные стали разумными, то ни о какой эксплуатации не могло быть и речи. Только сотрудничество на взаимовыгодных условиях. Люди обеспечивали уютные и тёплые помещения, а так же пропитание, а лошади, в случае необходимости, выступали в роли транспорта. Поневоле вспоминался Гулливер и гуигнгнмы, а сказки и фантастика обретали очертания реальности.
Впрочем, о лошадях ещё будет разговор, а пока вернёмся к нашим героям. После проверки техники и ужина Борода собрал всех в гостиной и объявил: