К прибытию на место я, если бы не обстоятельства, наверняка поверила в ожидающую за горизонтом райскую жизнь. Почти поверила. Обещать её при любом раскладе, даже если не подойду, странно. При жёстком Разделении — это нереально. Мне давно не восемнадцать, чтобы верить в вечную любовь, безоблачную жизнь и использовании в макияже одной лишь туши для придания пышности ресницам и выразительности взгляду.
Расстались мы в вестибюле приёмной Регистрационного Отдела компании. Временный куратор, если и удивился отсутствию вещей, то виду не подал. Меня оформили; выдали вещи на первое время и карточки-ключи от дверей, а так же карточку с суммой платёжных единиц; провели экскурсию по зданию и ликбез по безопасности и правилам жизни в компании, выдали планшет с той же информацией, чтобы периодически освежала память; показали столовую, санузлы, парковое пространство, спорт зал и, наконец, мою комнату.
Простота и её безликость успокаивали. Кровать с казённым серым покрывалом, белые стены, высокий узкий прямоугольник окна, компактный письменный стол и стул с мягким сиденьем, встроенный шкаф для одежды. Для того у кого больше ничего нет и это уже много. При другом раскладе я и на меньшее не смогла бы рассчитывать.
Отделение находилось в стандартной жилой башне-небоскрёбе для Средних. Широкая у основания она сужалась к середине, потом шла овальная часть, после длинная округлая, колонного вида, и так чередовалось до самой посадочной площадки. Некоторые, любовно, называли её форму — стручок. В стандартном серебристом цвете стальных конструкций отбрасывало блики прочное стекло в окнах и элементах декора.
Башни-небоскрёбы Перспективных сияли белым, а Обычных покрывали ржаво-коричневым цветом. Изысканной архитектурой они не отличались и походили на приземистые бочки, разительно отличаясь от летящих спиралями и шпилями в небо, и, кажется, дальше в космос, башен Перспективных.
Так же они отличались специализацией: в одних располагалась офисные отсеки-этажи, в других — торговые или производственные.
Все башни соединялись транспортными мостами между собой, но не пересекались. Если твоя жизнь протекала в башне-городе Обычных, то перебраться в такую же можно было просто и бесплатно по пешему или автотранспортному мосту, но если тебе, неожиданно, понадобится посетить башню Средних или Перспективных, то придётся вызывать наружное такси и лететь в свободном пространстве, что стоило чуть меньше чем путёвка на курорт.
Параллельные прямые никогда не должны пересекаться даже где-то в бесконечности.
После Разделения мир за пределами жилых башен остался доступным только избранным. И тем, кто мог накопить на отдых на курортах. Городов, деревень и иных селений, какими они были в прошлом, не стало. Дом на земле могли себе позволить немногие из Перспективных и власть имущих.
Земля превратилась в заповедник стоило исключить из её экосистемы всего один элемент.
Созданные на базе технологий ушедших древних цивилизаций платформы для земледелия, с нуждающейся в отдыхе раз в полвека почвой, неожиданно приобрели климатические свойства. Проводимые на них работы и система очистки, скидывающая отходы жизнедеятельности культивируемых растений и на землю и в атмосферу, поспособствовали изменению климата. Природа постепенно менялась, особенно в местах нахождения платформ. В основном повышалась влажность и облачность, что с одной стороны и хорошо, а с другой — не везде она и нужна. Пока разбирались и налаживали платформы; выбирали локации; подбирали, и расширяли, приемлемые режимы функционирования: разведение скота и перевод иных производств; готовили кадры; в космосе случилось открытие: Аномалия.
Не чёрная дыра, не планета, не космическое тело, а тоннель в другой космос, спрятанный за прозрачной плёнкой в световых вспышках. Любая попытка отклониться от прямого по нему следованию каралась, в лучшем случае, неполадками и недомоганиями экипажа, в худшем — смертью. К тому же, он не поддавался изучению выводя исследовательские приборы из строя.
Именно тоннель привёл землян, когда мы перестали изобретать велосипед и просто проследовали от нашего входа к неизведанному выходу, к звёздной системе с обитаемой планетой Этария в параллельной вселенной.
Невероятный случай сведший людей и этарийцев, подаривший эволюционный скачок нашим технологиям и Разделение обществу.
Бабушка застала самое его начало. В юности поучаствовала в протестном движении и до самой глубокой старости была убеждена, что раньше было не то чтобы лучше — правильно. Она долго держалась за свой домик и земельный надел, однако, против системы не попрёшь, если ты обычный человек. Пережив смерть родных, голод и период порошков, как полезного питания, она не верила в жилые башни-города.