- Мог, - спокойно возразил Диан, - у меня все полномочия для допуска к вашим системам слежения. Странно, что вы сами не предложили найти их, а были бы должны сделать это в первую очередь.
- Протокол и правила не... - соорудив то самое протокольное лицо начала нудным голосом она.
- Протоколы и правила, как раз содержат строгие рекомендации по теме поиска пропавших и потерявшихся или уведённых без веских на то причин и перепроверенного несколько раз, вами, ордера. Вы уверенны, что мне не стоит провести у вас проверку на тему строгости следования им?
- Я...
У меня пиликнуло на браслете и кинув:
- Всего хорошего, - я побежала искать самый быстрый ИЛА для погони за наглыми похитителями.
С администраторами и так всё ясно стало с моего первого, пока ещё, вежливого захода. Предвзятое отношение к инопланетникам там цвело и пахло махровым цветом. Поэтому помогать мне не хотели и тянули за всё, что можно. И я озверела. И самого спокойного человека можно довести до точки кипения.
- Майте'ар Салия, прошу отойдите от наймайте’ар Саймайре и моего мара, - ожидания оправдались, но в том самом варианте, когда лучше бы не оправдывались.
Эта гадина, хороших слов для неё у меня не нашлось, поставила полуголого Майра на колени на круглую грави-платформу; нацепила на шею плоский широкий металлический ошейник с мигающими красным индикаторами; руки его плотно обхваченные широкими браслетами завели за спину. Двигаться в таком положении трудно и, судя по миганию индикаторов, вовсе не рекомендуется, но мой муж, преодолевая боль и сопротивление техники отклонялся от жадных рук мучительницы. Со странной смесью злости и удовольствия на лице она царапала его руки и плечи.
- О! Твоя мара'ви объявилась, - обратила на меня внимание она и тонкие наманикюренные пальцы вцепились в густые белые волосы Майра, - она видела твоё личико, жалкий уродец? Нет?! Так мы сейчас это исправим!
Искусно накрашенное лицо девушки превратилось из милого округлого, с наивно распахнутыми миндалевидными глазами цвета шафрана, в маску безумия. Красный провал оскаленного рта, глаза порталы в другой мир, они смотрят на тебя не видя, она вся в нём и её мары знают об этом. И всё равно стоят передо мной каменной стеной упорно не давая пройти и остановить творящееся безумие. Вот моего взгляда они избегали опустив головы.
- Так, имейте ввиду, что совершаете противоправные действия и о них уже известно, - с трудом удавалось не орать матом и не посылать эту... это... в разные труднодоступные места, - отойдите от моего мужа! Немедленно!
Стон Майра, полный муки, пробрал меня до самой глубины сердца вызвав дрожь во всём теле и я сделала то, что пообещала себе никогда не делать, когда узнала об этой своей особенности: открылась даром и впитав силу маров мерзавки обратила её против них. Всплеск энергии получился настолько мощным, что из строя вышла вся техника поблизости, включая грави-платформу и ошейник с браслетами на Майре, а дамочка и мары разлетелись в разные стороны.
Он лежал в позе эмбриона на серо-бежевых камнях дорожки, как сломанная кукла с фарфорово-белой кожей. Как к нему подступиться?
- Майр, - не рассчитывая на ответ тихо позвала его, - Майр, я…
Мир сузился до небольшого клочка земли и моего мужа сотрясаемого крупной дрожью, на теле его расцветали, с пугающей быстротой, синяки и кровоподтёки, алели царапины. А я не могла к нему прикоснуться! От моего прикосновения он сжался плотнее закрыв голову руками, дёрнулся в сторону.
Опустилась рядом обхватив колени руками, чтобы нечаянно не коснуться Майра, от тяжести на сердце и дышалось с трудом и думалось. В груди жгло от отчаяния, стыда и безысходной чёрной тоски. Не моих. Майровских. Как же ему больно... и мне вместе с ним. Мутная вязкая трясина чувств накрыла с головой — не выбраться. Где-то на краешке сознания смутно маячил реальный мир с криками ненормальной этарийки и спокойными голосами представителей правопорядка.
- Майр, - не удержалась и положила ладонь ему на бедро, - прекрати. Это всё неправда…
Я не знала, не могла объяснить, что неправда, но в душе поселилась иррациональная уверенность в том, что то из-за чего муж убивает себя, захлёбываясь в самобичевании, неправда.