Как я не пыталась, можно сказать пыжилась, переместиться за спину Онведину и увидеть всё, что скрыто, так и оставалась на одном месте.
- Я понимаю, что ты не сможешь сейчас ответить, - вздохнул с сожалением мужчина и встал, - но кивни, если это того стоило.
Слабый кивок Майра.
- Хорошо, - улыбнулся Онведин и прикрыл свои белёсые глаза, - так тому и быть. Прости.
Он положил руку на голову Майра и пару секунд, которые тянулись вечность, ничего не происходило, но вот муж дёрнулся и коротко застонал.
- Терпи, - сквозь зубы приказал Онведин, его бледный лоб прочертили выпуклые чёрные вены.
Руку на голове охватило красным сиянием. Оно потекло густой смолянистой субстанцией по волосам вниз, чтобы охватить собой всю фигуру. Отчаянный крик проколол барабанные перепонки и меня выбросило в хаос. Вокруг бушевала песчаная буря. Песок безжалостно забивал всё до чего мог добраться. Закрыв ладонями лицо и крепко зажмурившись решила не вставать в надежде переждать её и...
Это же сон, а значит со мной не должно ничего плохого случиться! Не должно же, да?
И, как по мановению волшебной палочки, и в ответ на панические мысли, наступила тишина. Ненадолго. Через миг она взорвалась рёвом толпы и громогласным:
- Саймайре О'зонэ, вы проиграли, если по истечении пяти ударов в молчании, никто не предъявит на вас запрос в мары или собратья, то Приговор приведут в исполнение.
Я резво вскочила на ноги, сердце стучало в горле и отдавалось пульсацией в голове. Все ассоциации со сном-не-сном начисто вылетели из головы. Майра убьют?! Нет, не может того быть! Его надо спасти!
Он стоял с опущенной головой, израненный, истекающий кровью. Нижняя часть туловища скрывала чёрная то ли паутина, то ли сопли из лакричной жевательной конфеты. Не люблю лакрицу.
Запястья и кисти, безвольно опущенных рук, охватывали наполовину размотавшиеся, когда-то белые, бинты. Их нещадно трепало на ветру, как и волосы.
- Майр, - получилось жалко и хрипло, я откашлялась, - Майр!
Шагнула в его сторону и упёрлась в невидимую стену. Впервые за сон. В ушах мерно отстукивало. Прижалась лбом к преграде и постаралась успокоиться, вспомнить, что, если это его прошлое, то он выжил, раз мы встретились и стали мужем и женой.
Судя по приличным перерывам между ударами, или мне так хотелось думать, судьи не горели желанием незамедлительно привести Приговор в исполнение и пойти на обед. Или ужин?
Огляделась. Так вот как выглядит Трион снизу. Чёрные стены с арками проходов резко переходили в сливочно-белого цвета балконы с рядами для зрителей, которые укрывал прозрачный стеклянный, или хрустальный, купол. Над ним серебрились звёзды, а внутри блики добавляли сияния и без того ярким световым шарам, похожим на шаровые молнии. Они сплетались в причудливом танце поддерживая узорчатую ткань света.
И всё-таки ужин...
Похоронным набатом прозвучал последний удар. Сердце замерло. Кулаком я ударила по преграде.
- Приговор Саймайре О...
- Мы берём его в собратья!
Перед Майром приземлилось существо похожее на гибрид птеродактиля и дракона, только в перьях и с металлическими крыльями, просвечивающими из брюха шестернями, поршнями и трубками проводов. Всё это великолепие сверкало, пыхтело, периодически издавало крики раненого лося и извергало огонь из клювовидной пасти. Впечатляюще. Боюсь предположить: Не это ли Стеф назвала БЛА?
С чудища спрыгнуло трое: девушка и два парня. Парни: Диан и Лей, почти такие как и в настоящем, может чуть помоложе и у Карадиана волосы длинные. А ему идёт. Почему он их отрезал?
Девушка…
С первого взгляда ничего особенного. По виду обычная земная девушка, вот совсем не этарийка. Но что-то заставляет задержать на ней взгляд. Может быть глаза? Глаза! Точно! Они как у Онведина! Только сияют, отчего на лице интересно выделяются щёки, нос и брови.