Да, если не всегда, это когда ты спишь, то у меня проблемы. Хотя, что там у меня, у дома их куда больше появилось. Не знаю насколько долго Лею не давали заниматься усовершенствованиями внутри семейного очага, но точно могу сказать, что оторваться, за все года лишений, он решил на нашем доме. Думаю, что будь мой, чересчур увлечённый изобретательством, муж способен поймать падающую звезду и заключить с ней сделку, то на Этарии одним ходячим замком, то есть домом, могло стать больше. А так, только всё время теперь где-то что-то жужжало, искрило и падало сверху или попадалось под ноги. Дошло до того, что пришлось закрыть от плещущего энтузиазмом Лея несколько комнат. О кухне позаботился Диан, встав на её защиту грудью, а в саду, под безмятежным взглядом Майра, он сам всё быстро отладил и больше ничего не трогал.
После устроенного им и его изобретениями балагана я маялась сомнениями и всё больше склонялась к мысли упросить Иолия не проводить эксперимент. Его механизмы фортелей никогда не выкидывали, а если и выкидывали, то не при мне. А что мы не видели, того как будто и не было. Да?
Однако, к назначенной дате я не решилась поговорить с Иолием из-за самого Лея. Он ходил настолько счастливый от перспективы знакомства с испытателем, что ни рука не поднималась загасить свет его радости, ни рот не открывался рассказать всё как есть, а злая мысль издыхала не успев завладеть мною всерьёз и надолго.
- Я что, должна выпрыгнуть из капсулы, как квазар из чёрной дыры? Можно же по-человечески, без всей этой маскировки.
Я постучала по шлему.
- Во-первых, квазар не может выпрыгнуть из чёрной дыры. Один свет испускает, а другая поглощает, как и материю. Во-вторых, первая реакция самая правдивая. Мне интересно её увидеть. И в-третьих, не нужно будет ждать пока вы натянете комбинезон. Диан, как посмотрю, отлично готовит.
- Иолий! Это... это...
Рука потянулась ощупать нижние девяносто, которые, надо признать, стабильно далеко за эти девяносто выходили.
- Я ничего не говорил, - невозмутимо протянул он, - и вам идёт. Только с надеванием и снятием комбинезона заминки есть небольшие. Не переживайте.
- О чём и кто переживает? Если наш уникальный испытатель, то уверяю, что напрасно. У меня всё подготовлено и под контролем, - Лей бодро вошёл в зал лучась оптимизмом, а за ним и Диан, чуть более хмурый на его фоне.
Предназначенный для испытания шлем мягко влетел на стаб-платформе следом за ними. И хорошо, что никто из них не нёс его в руках, потому что именно этот момент я выбрала для «знакомства». Чего тянуть кота за яйца, как любила говаривать Ба. Выпрыгнуть не выпрыгнула, но, надеюсь, эффектно выглянула ухватив скользкой рукой бортик капсулы.
- Да-да, беспокоиться совершенно не о чем, ведь это вчера мы носились за чудо-механизмом по всему дому, выслушивая его причитания и жалобы на жизнь, - я с сомнением присмотрелась к неподвижной вещи, - а перед этим боролись как с последствиями устроенного им задымления, так и со службой пожарной безопасности, но сегодня он у нас, конечно, присмиревший и ведёт себя чинно-благородно. Дорогой, а ты не пробовал создать что-то и не наделить при этом разумом? Или поместить его в менее прыткую оболочку?
Тишина наступила тяжело и неумолимо придавила неловкостью. Кое-как примостив попу в скользкой проводящей субстанции, я стянула шлем и выкрикнула:
- Сюрпри-и-из!
Глава 16. Часть 2
Просто, ничего умнее в голову не пришло сделать. При этом я отпустила бортик капсулы и взмахнув руками в то же мгновение с головой погрузилась в субстанцию. Испугаться не успела, а вот заглотнуть прилично безвкусной жидкости — да. Вытащил меня Диан. С беспокойством осмотрел, убедился, что всё в порядке и усадив поудобнее грозно посмотрел на Иолия.
- Это как понимать? - спросил тихим ровным голосом.
А Лей...
- Так, никакого испытания не будет, - он чем-то звякнул на столе.
- Почему?! - Иолий искренне недоумевал, как и я.
- Да всё в порядке, - вставила свои пять платёжных единиц, - мы с Иолием работаем достаточно долго и, как видите, я жива-здорова. Давай сюда свой шлем. Зря мы, что ли, всё затеяли?
Но Лей, а с ним и Диан, решительно настроились не проводить эксперимент. При этом посматривали на меня как-то странно: то ли с сожалением, то ли со страхом. В сочетании с их бледными лицами взгляды эти вызывали тревожную дрожь и мурашки. И не надеть мне леевский шлем, если бы не настойчивость Иолия.