Они прошли километр до того места, где прошлым вечером видели псину. От нее осталась жалкая кучка испражнений – таких же скудных, как и ее пропитание. К сожалению для следопыта, ключа-карты в засохших фекалиях не оказалось.
Внезапно послышался цокот Денди. Скорпион топтался на месте, пробегал несколько шажочков вперед и возвращался обратно, его тело поднималось и опускалось, как корабль на волнах. Он явно нашел направление и хотел его указать.
– Ну ладно, веди, – кивнул Амдэ.
Следопыт вытащил из висящей на голени кобуры лазер, но потом задумался и убрал его обратно. Не хватало еще спалить ключ, лежащий в желудке псины. Он достал револьвер сорок пятого калибра с удлиненным стволом и поддульным фонариком, после чего украдкой направился за питомцем.
Чем дальше от Пита, тем выше развалины. К югу от области трех городов не происходило особенно жестких ядерных конфликтов между бандами рейдеров, поэтому и руины здесь сохранились гораздо лучше. Куда ни глянь – везде отголоски древней цивилизации, остовы железобетонных зданий. Ничего целого, но все это хотя бы не стерто с лица земли тактическими ядерными снарядами. Образы старых времен проглядывали в оставшихся первых этажах зданий, в работающих фабриках по производству всякой всячины. Тут и там пыхтели трубы очередного химического завода. Не верится, сколько автоматических производств умудрился построить человечек, прежде чем плюнуть на загубленную экологию и обосноваться на новой планете, начав жизнь с чистого листа. А старая колыбель цивилизации, черновик человечества, исполосованный помарками и перечеркнутый исправлениями, теперь валялся смятым куском промокашки где-то между Солнцем и новым домом людей.
Развалины зданий росли все выше с каждым километром пути. Следопыт уже не мог видеть Пустошь до самого горизонта, даже если забирался на остов высокой, метра в четыре, развалины – взор преграждали относительно сохранившиеся руины. Скорпион все еще плелся на запах паршивой псины, но уже больше по инерции, боясь остановиться и потерять нить поисков навсегда.
Они прошли мимо фабрики по производству чипсов. Затерянная в небольшом углублении в земле, она пережила оседание грунта и продолжала упаковывать воздух в пленку, печатать красочную этикетку и вышвыривать все это в мир. Содержание хрустящего снека в пачках оказалось даже ниже, чем в лучшие времена, – ровно ноль, зато без обмана. Железная дорога, по которой должен был поступать тофель, давно разрушилась, поэтому конвейер гнал порожняк. Миллионы пустых упаковок путешествовали по Пустоши, как перекати-поле, путались под ногами и резко хлопали, если на них наступить. Где-то вдали громоздилась фабрика одежды, заваленная этой самой одеждой, перерабатывала старые футболки в новые, а к западу целая цепь заводов выпускала никому не нужные пустые консервные банки. Все это следопыт знал по памяти, фиксировал на воображаемой карте в своей голове. Но на этом его знания заканчивались. Он еще никогда не уходил так далеко на юг.
После жаркого летнего перехода наступил новый вечер, и раскаленный воздух стал рассеивать обратно в космос накопленное за день тепло. Амдэ и Денди взмокли от долгого изнурительного похода, в основном, конечно, Амдэ, ведь скорпион привык жить в пустыне и тратил мало внутренних ресурсов. Однако мыслительные процессы и непривычно долгий для его размеров поход делали свое дело, выжигали влагу из крови, как солнце выжигает последние остатки человечности из обитателей Пустоши.
Ближе к полуночи следопыт и его питомец наткнулись на старый коллектор, не разрушившийся лишь потому, что в древности его закрывал огромный водоочистной завод. Теперь от завода остались неузнаваемые обломки.
Следопыт спрыгнул в яму и почувствовал холодную вязкость воды. Скорпион спустился за ним и нашел возвышение – парапет у стен коллектора, позволяющий ему не утонуть. На такой глубине даже луна и звезды ничем не могли помочь. Стояла кромешная темнота, никакого отраженного стенами света, ведь стены эти тоже оголодали и одичали, впитывали своей щербатой поверхностью каждый заблудившийся в ночи лучик. Хорошее и безопасное место, если залечь в пересохшей трубе. Следопыт включил подствольный фонарик и на свету вынул из рюкзака пустую консервную банку, зачерпнул в нее воду коллектора, доходившую ему до колен, и достал из кармана таблетку. Скорпион увидел это и спешно замотал головой, зацокал, не только клешнями, но и костлявыми ножками по каменному парапету: «Цок-цок-цок-цок».