Вскоре психоделическая область оказалась далеко позади, но тишину погони нарушил еще один «виу».
– Это ты? – шепнул следопыт.
Скорпион покачал головой. Они отошли на километр от завода пискливых утят.
«Виу-виу» повторилось. Только звук шел не сзади, а спереди, доносился из груды бетонных балок и плит. Следопыт еще много лет назад заметил одну важную особенность такого рода развалин – какими бы плотными ни оказались руины, теория вероятности создаст такую комбинацию расположенных друг за другом обломков, что в любом случае получатся узкие области сквозного обзора на целые сотни метров. Как одна за другой дырочки в сыре. Сквозь такую последовательностей щелей Амдэ и заметил псину. Та мелькнула метрах в двухстах впереди и сразу исчезла, ведь просветы в руинах редки настолько же, насколько и уникальны.
– Эта тварь проглотила утенка, – сообразил следопыт. – Стоило ожидать после того, как она сожрала ключ-карту.
Совсем тихое «виу-виу» пронеслось вдалеке.
– Ну теперь уже нет смысла принюхиваться.
Они рванули за волкогавом. Амдэ еще не придумал, как остановить тварь, не рискуя задеть ключ, но готовил несколько вариантов ловушек. Теперь, когда цель сама выдавала свое местонахождение, можно было действовать намного хитрее. Наверняка тупая псина не понимала, почему стала говорить на утином языке и что эта ее новообретенная способность в скором времени окажется роковой. Учитывая, что до пустыни рукой подать, можно идти параллельным с ней курсом и готовить ловушки.
– Опередим ее и подложим капкан с приманкой.
Следопыт шел на запад в двух сотнях метров от испуганного животного, замаскировавшись плащом. Он ускорил шаг, и через пару часов утиный писк прилетал уже откуда-то сзади. Амдэ опередил волкогава, и теперь можно было устраивать западню.
– Я поставлю капкан в этом месте. – Он показал на пустырь между черными обугленными деревьями, бывшими некогда частью парка. – А ты гони псину сюда.
Скорпион цокнул и устремился назад. Перебирая ножками, как маленький вездеход, он забрался на кучу спрессованных неведомой силой автомобилей и скрылся за грудой руин. Пока питомец выслеживал и гнал зверя, будто в древней охоте на номерах, следопыт вынул из рюкзака полимерный капкан. Ловушка весила меньше килограмма и почти не чувствовалась в руках, но острые зубья, словно челюсти пираньи, могли раздробить любую кость, если нажать на педаль с приманкой. Амдэ достал лопатку и выкопал углубление в серой земле, замаскировал там капкан, как мину, положил на него кусочек мяса и припорошил пылью, чтобы смотрелось естественно. К этому времени к пустырю уже приближался писк проглоченного псиной утенка. Следопыт скрылся за единственным оставшимся поблизости метровым возвышением и затаился.
На другом конце засохшего парка показалась псина. Впервые с момента кражи Амдэ увидел ее с близкого расстояния – волкогав с косматой черной шерстью отличался от древних волков из энциклопедии большими когтями и длинными клыками-саблями, по сторонам от которых трепалась густая грива. Высотой он был метр и весил килограмм сто. Голыми руками такого не взять, хорошо, что за последние тысячи лет человечество придумало много более действенных способов умерщвления всего живого. Следопыт взвел курок револьвера и с головой укутался в плащ, чтобы издавать как можно меньше запахов. Из щели в полимерной одежде виднелись только его глаза и ствол оружия.
Пригнав псину к скверу, скорпион растворился в окружающих развалинах, начал обходить периметр, чтобы воссоединиться с хозяином. Псина оглянулась, не увидела погони и успокоилась, принялась обнюхивать землю. Судя по трясущейся челюсти, не ела она целую вечность. Последняя попытка подкрепиться закончилась для нее плачевно – резиновый утенок застрял в пищеводе и пищал при каждом повороте шеи животного. Обреченный на смерть хищник набрел на капкан, очень долго смотрел на приманку, даже потянулся к ней лапой, но в последний момент замер. Волкогав вытянул вперед каменный коготь, быстро вонзил его в лежащее в ловушке мясо и убрал лапу за мгновение до щелчка капкана. Потом схватил наживку зубами и нервно осмотрелся по сторонам, насторожился, испугался чего-то и побежал.
– Ах ты, собака! – выругался Амдэ и вышел из укрытия с револьвером в вытянутой руке.