“А куда мне, собственно, спешить? - спросила сама себя Мэй, уже здорово утомленная своим путешествием. - Цветок же не исчезнет, если я отдохну пару минут? И так уже сколько промучилась”.
И она опустила голову на прохладный и сочный ковер прибрежных трав, устало прикрыв веки. Кроны деревьев в этом месте уже не смыкались так плотно, и солнечный свет лился на девушку от всей души, пригревая. Прохлада и солнце здесь находились в идеальном равновесии, и если б не ноющая боль, Мэй по достоинству оценила бы это сочетание.
Неожиданно солнечный поток что-то загородило, и сочные водянистые стебли растений едва слышно хрупнули возле самого уха девушки. Она открыла глаза и увидела перед собой мраморно-белую ступню. Узкая и ухоженная, та не могла принадлежать какому-нибудь бродяге, как и дорогой шелк, что ниспадал на нее слоями. Но разве ходят богатые люди босиком по лесам? Тем более, по ЭТОМУ лесу.
С холодком в груди Мэй стала медленно поднимать голову, снизу вверх оглядывая пришедшего. Белый струящийся шелк, нити прозрачных бусин, прикрепленные к поясу, серебро в отделке швов… Дальше Мэй не смогла ничего разглядеть: фигура шевельнулась, и ей в лицо ударили яростные солнечные лучи, на миг ослепив.
- Что ты делаешь на моей горе? - раздался над ней безэмоциональный мужской голос.
Глава 6.
Мэй застыла, объятая ужасом. После всех историй о тысячелетнем демоне она ожидала увидеть чудовище. Однако, если он отрастил себе девять голов, то наверняка имел и человеческий облик, как и любой развитый демон. И вот, похоже, этот “облик” сейчас стоял над ней, требуя ответа.
- Я ранена, - попыталась она пробудить в нем человечность. - Ненамеренно сюда заползла, просто потерялась.
- Хм. Судя по следу, ползла ты вполне целенаправленно, - сказал демон. - Вон туда.
Он указал на все еще красующийся на воде огромный цветок лотоса.
- Да, - вынужденно признала Мэй. - Я случайно увидела это растение сверху и узнала его. Это же лотос бессмертных, верно?
- У него много названий, - все так же спокойно сказал демон. - Люди любят загадочные слова. Но зачем он тебе понадобился? Захотелось полюбоваться перед смертью?
- Нет. Я подумала, что раз его называют лотосом бессмертных, то это не просто так, - вынужденно призналась Мэй, чувствуя, что не может врать под физически ощутимым взглядом хозяина этих мест. - Я надеялась, что у него есть какие-нибудь целебные силы.
- Хм, - насмешливо раздалось сверху, и демон неожиданно присел рядом. Это заставило девушку торопливо склонить голову, почти уткнув ее в траву, и Мэй увидела лишь водопад шелка, свободными волнами растекшегося вокруг хозяина этих мест.
- Его называют лотосом бессмертных, потому что он цветет только раз в сто лет, и только бессмертные могут любоваться его цветением раз за разом, - соизволил объяснить демон. - В остальном это лишь прекрасный цветок, распускающийся раньше прочих, не более того.
Мэй почувствовала себя полной дурой. Впрочем, это уже не имело значения. В попытках добыть волшебный лотос она по собственной воле нарушила границы владений девятиглавого, и бессмысленная болтовня о цветах и их названиях давала ей всего лишь минутную отсрочку от расплаты.
Будто подумав о том же, хозяин горы вдруг решил продолжить светскую беседу, даря ей эти мгновения жизни:
- Тебе очень повезло увидеть его, - сказал демон. - Он распускается всякий раз в новом месте. Для меня это традиция – искать лотос бессмертных в это время года. Впервые любуюсь им не один. Хотя… похоже, все же один.
Мэй в недоумении приподняла голову и увидела, как демон указывает на стрелу в ее боку. Она тоже глянула на рану, о которой почти забыла благодаря болеутоляющему отвару. Из раны вытекло уже приличное количество крови, и одежда в этом месте промокла и прилипла к телу.
- Почему ты еще жива? - с интересом спросил демон, оценив глубину проникновения стрелы и угол, под которым та вошла.
- Я изучаю техники самосовершенствования, - с неохотой призналась Мэй. - Мое тело умеет лечить само себя. А от боли я приняла отвар.
Демон подался вперед, чтобы лучше разглядеть рану, и оперся ладонью о покрытую зеленым ковром землю. Ладонь тоже была ухоженная, бело-мраморная, с длинными тонкими пальцами. Со спины демона заскользили вниз по шелку серые пряди волос, но не седые, а как будто серебряные.
Пользуясь тем, что он увлечен изучением раны, Мэй, наконец, насмелилась и подняла взгляд выше. И замерла в растерянности.
Увиденное шло вразрез со всеми рассказами об этом существе. Не было ни красных глаз, ни страшных клыков, ни шипов-отростков, напоминающих рога. Даже пресловутой змеиной чешуи нигде не виднелось. Обычное человеческое лицо, только очень бледное, почти белое, хотя пудры, какой пользуются столичные аристократы, на нем не наблюдалось.